Парень медленно протянул ей рюкзак, Лиза забрала его и направилась к гардеробу, чтобы забирать ветровку, но Никита не отставал от неё, ни на шаг. А когда девушка вышла на крыльцо, сразу схватил её за руку.
- Лиза, давай я тебя довезу. Ты же заболеешь. Пожалуйста.
- Хорошо – тяжело вздохнула девушка, так как реально ветер казался ледяным, и голову моментально сжало от напряжения. Пусть идти недалеко, но на таком ветру это огромная глупость. Болеть ей нельзя. Это и Жанна будет не в духе, и работать не сможет, и школу придётся пропускать. А ей жизненно необходимо не отставать и сдать экзамены очень хорошо.
Обрадовавшись, Никита потянул её к своему автомобилю. Пушной был самый старший в их классе. Его отдали в школу восемь лет, и ещё в конце десятого класса ему исполнилось восемнадцать. Родители подарили ему автомобиль. Все думали, что это будет какая-то яркая спортивная машина. Но Пушной приехал на чёрном мрачном внедорожнике, и по нему было видно, что от автомобиля он в восторге.
Никита открыл ей дверь и помог сесть, сам пристегнул её ремнём, перегнувшись через неё, от чего Лиза вжалась в кресло. Её снова обдало звонким ароматом мужского парфюма. Потом парень сел на своё место и суетливо включил обогрев. Только тут Лиза почувствовала, как она замерзла за пару минут на улице. Когда тёплый воздух коснулся её рук, лицо, а сиденья стало нагреваться, ей захотелось растечься лужицей.
- Лиз, правда, прости меня – снова заговорил Никита, обернувшись к ней всем корпусом.
- Ладно, Пушной. Я тебя прощаю. Только давай доучимся спокойно этот год. Без подлянок, без ссор, без кабинета директора. Ты же понимаешь, что я выгляжу постоянно крайней, так как ты сын знаменитых родителей и тебе всяко жо… эм… тебя выгораживают, а меня нет. Мне же очень нужно доучиться нормально и сдать хорошо экзамены. За мою учёбу никто не будет платить.
- Я тебя понял – парень с силой сжал руль и уставился в лобовое стекло – Постараюсь вести себя нормально.
Он замолчал и сидел какое-то время неподвижно, пока Лиза его не тронула за локоть. Никита будто очнулся и посмотрел на Лизу такими глазами, словно в нём вся тоска мира, но быстро улыбнулся, будто натянув на себя маску.
- Прости, я задумался. Называй адрес.
Ответив Пушному, Лиза отвернулась к боковому окну. Она вдруг почувствовала себя такой ничтожной и жалкой. Она в грязной вонючей одежде, сидит в роскошном салоне дорогого автомобиля. Где пахнет кожей, парфюмом Никиты и ещё чем-то очень приятным. На этом контрасте их социальные различия бросались в глаза ещё больше.
Девушка прижала к себе рюкзак и грязный свитшот свёрнутый в комок. Ей захотелось исчезнуть, стать невидимкой. Не сдержавшись, она всё же всхлипнула, Никита на это отреагировал мгновенно.
- Макарова! Ну, прости меня.
- Хватит, Пушной! – девушка сглотнула в горле ком – Я же сказала, что прощаю. И свои условия озвучила.
- Почему тогда плачешь?
- Потому! – огрызнулась девушка.
- Ты замерзла, давай я куплю горячий чай или кофе.
- Не надо – Лиза всё же повернулась к Никите и серьёзно сказала – Давай не будем притворяться друзьями. Такое невозможно в принципе. Ты сам должен это понимать.
- Я нет… не понимаю. Я, конечно, не стремлюсь с тобой дружить – Пушной опять заговорил небрежно, с иронией, но потом глянул на Лизу и продолжил уже без насмешки – Но я и не вижу проблемы.
- Ясно – Лиза сначала хотела объяснить ему, что она имела в виду, но вдруг почувствовала такую усталость, что махнула рукой – Как хорошо, что и я не хочу с тобой дружить.
8. Никита
Лиза сидела, склонив голову на бок, и что-то писала в тетради, хмурясь и покусывая нижнюю губу, будто что-то её тревожит. Хотя мне, наверное, это и не понять. Я только недавно осознал насколько большая между нами пропасть. Проблемы, о которых я ни разу не задумывался, существовали в её жизни постоянно.
Когда в тот злополучный день, после моего фиаско с ведром, я отвёз Макарову домой, то опешил от унылой обстановки, которая царила вокруг. Серые пятиэтажки, разбитые детские площадки, рассыпающиеся тротуары, заброшенные гаражи. Желтеющие деревья вносили немного красок, но даже они были способны скрыть убогость района.
Я постарался незаметно осмотреть Лизу. Одежда не казалась совсем дешёвой, но будто с чужого плеча, а вот обувь – да. Видно было, что она совсем недорогая и далеко не новая. А ведь это только начало года, обычно всем детям, даже таким большим, как мы, родители стараются покупать всё новое. Даже те, кто жили сильно скромнее, чем наша и другие семьи из посёлка.