- Да. И это я попросил Казакова не говорить тебе, пока ты экзамены не сдашь. Но и тянуть мы не хотели, поэтому сегодня…
- Спасибо – она сказала это так тихо, что Жене показалось, что он ослышался.
- Что?
- Спасибо. Я бы… я точно бы не сдала экзамены, только об этом бы и думала.
Бойцов буквально выдохнул, но состояние Лизы его пугало и облегчения он не почувствовал.
- Давай я тебе чаю принесу?
- Не надо. Я так устала что-то.
- Тогда надо полежать или поспать даже.
Женя засуетился, открыл окно на проветривание, задвинул шторы. Подошёл к девушке, взяв за руки, поднял с кровати, начал расстегивать пуговицы на жилетке кремового цвета. Отстраненно подумав, что Лиза все экзамены в этом костюме сдавала, сказав, что он счастливый, но не объяснила почему, только вдруг смутилась и счастливо улыбалась.
А сейчас она была похожа на тряпичную куклу, даже не протестовала, пока он её раздевал. Так не похожа была на его нежную и чуткую девочку. Он аккуратно спустил с плеч жилетку, внизу оказался простой топ, и снимать его Женя не решился. Расстегнул брюки, они сами упали к ногам девушки. Женя откинул одеяло, стараясь не смотреть на хрупкую фигурку в одном нижнем белье, и буквально сам уложил Лизу в кровать. Собрал её одежду, аккуратно сложил на стул.
Затем подошёл к девушке, плотнее укутал её и растерянно сел на кровать, не понимая, что ему дальше делать.
- Не уходи, ладно – прошептала Лиза – Почему-то все меня бросают.
- Нет. Конечно, нет! Я буду тут, пока ты спишь.
Женя снял пиджак, лёг рядом с Лизой, укутав её в одеяло, как в кокон, прижал к себе и затих. Сердце бешено колотилось от волнения за девушку, но как ей помочь он не понимал. Если она просит быть рядом, значит он будет.
- Это ужасно да? – неожиданно спросила Лиза – То, что я не могу плакать. У меня будто нет слёз. Будто все слёзы из-за мамы я выплакала ещё при ней.
- Нет, котёнок, это не ужасно. Так бывает. Может, ты будешь плакать потом, может, не будешь. Это не говорит о том, что ты ужасная. Горе все проживают по-своему.
- А если я не горюю?
- Это не делает тебя плохой, Лиз. Тебе нужно отдохнуть. Я буду рядом, спи.
Даже через одеяло он чувствовал, как она мелко дрожала, но комнате было тепло, даже душно, поэтому он только обнял её покрепче, уткнулся носом ей в плечо, будто пытаясь согреть девушку своим дыханием. Когда Лиза уснула, он встал и вышел из комнаты.
На кухне Сергей Андреевич что-то записывал в свой ежедневник. Увидев Женю, он отложил всё в сторону.
- Как она?
- Спит. Я буду тут, столько, сколько ей потребуется. И вы меня не выгоните, а если да, то я её заберу к себе!!! – с наездом начал Бойцов, готовый отстаивать своё до последнего.
- Полегче, пацан – поднял ладони Казаков – Я возражать точно не буду.
- Я тоже – в двери стояла Ольга Георгиевна – С тобой она свободнее что ли. И поддержка ей будет не лишней сейчас.
- Х-хорошо – смутился Бойцов своей вспышки – Я тогда позвоню, попрошу привезти себе одежду.
- Конечно. В классическом костюме не слишком удобно – улыбнулась женщина.
Женя осмотрел свою помятую одежду и ушёл звонить родителям.
45. Лиза
Лизе очень хотелось пить. Она пошевелилась, чувствуя в теле и лёгкость, и тяжесть одновременно. Это было очень странно. Девушка потянулась с удовольствием, разминая затёкшие мышцы, невольно простонав.
- Лиза! – Макарова повернула голову на голос.
Бойцов в домашней серой футболке и таких же серых спортивных брюках поднимался с кресла, откладывая на него ноутбук.
- Женя? – Лиза не узнала свой голос, хриплый каркающий, в горле было ужасно сухо.
- Ты хочешь пить? – обеспокоенно спросил парень.
Лиза кивнула, решив, что лучше не испытывать голосовые связки. Женя налил из кувшина воду в стакан и протянул девушке, присев на край кровати. Лиза начала пить, смущаясь под пристальным взглядом Бойцова. За окном разливался золотистый закатный свет, значит, наступал вечер. Получается, она проспала весь день.
Она пила медленно, вспоминая разговор с Казаковым, точнее новость о матери, о том, что её нашли уже больше недели назад. Мертвую. И убил её Петенька, которого ещё и не поймали. Лиза поёжилась, вспомнив, что он жил в их квартире, был там, когда Тема тоже был дома, без неё. И жалости к Жанне она не испытывала. Может это и было неправильно, но она давно забыла о том, что мать и её дети нуждаются в ней.
- Ты как? – спросил Женя, когда она допила и он забрал стакан из его рук.
- Нормально. Выспалась.