И взяв Маймуну за руку, она полетела в Шейс. У входа в город дорогу им преградила река. Бадра прочла несколько заклинаний, дунула, и вмиг вода превратилась в камень. Они прошли по нему во дворец и вступили в покои Рухафзы, та стала звать на помощь, но Бадра, взяв щепотку горчичных зерен и горошин, произнесла заклинание и бросила их в пери. В тот же миг Рухафза вскрикнула и упала замертво. Тогда Бадра велела Маймуне:
— Ступай, приведи Манучехра.
Та отправилась в тюрьму и, освободив царевича, привела его во дворец. Бадра посадила его на трон, а затем сказала Маймуне:
— Позови теперь к нам своего отца со всеми придворными.
Маймуна послала за отцом, и вскоре он явился, ведя за собой военачальников, и приветствовал Бадру.
— Эй, вы, — закричала эта негодница, — отныне Манучехр — ваш падишах. А Рухафзу, свою пленницу, я возьму с собой. Кто же из вас не признает Манучехра и вступится за Рухафзу, погибнет от моей руки.
Что делать, пришлось придворным покориться. Бадра вместе с бездыханной Рухафзой вернулась на остров Сулукия, а Манучехр женился на Маймуне, и они, забрав себе все богатства царевны, стали править страной Шейс.
Однажды Маймуна увидела кормилицу Ризван-шаха и приказала слугам:
— Уведите ее подальше и убейте.
Однако Манучехру стало жаль старуху:
— Несчастная ни в чем не Повинна. Зачем ее убивать? Какая польза от напрасно пролитой крови? Пусть себе идет на все четыре стороны.
Тогда Маймуна велела приготовить лодку, положить в нее еды и питья на несколько дней и, посадив няньку, пустить лодку по морю. Пока оставались у кормилицы припасы, она кое-как держалась. А когда пришел им конец, старуха потеряла всякую надежду и зарыдала от одиночества, в тоске оглядывая небо и океан. Через несколько дней по божьей воле лодку принесло к башне, где томился царевич, и закрутило возле нее в водовороте.
Но теперь посмотрим, что было с Ризван-шахом. Он, бедняжка, оплакивал свою горькую долю, день и ночь вознося к престолу всевышнего молитвы об освобождении и встрече с Рухафзой. Однажды сидел он так, с надеждой обозревая бескрайний океан. Вдруг видит, быстрее ветра несется увлекаемая течением лодка, а в ней, уронив голову на колени, сидит старая женщина. Волей судьбы лодку вскоре прибило к башне. Ризван-шах, обрадовавшись, подумал: «Милостив Аллах, что являет мне после столь долгого времени человеческий лик», — и окликнул старуху.
Нянька подняла голову и осмотрелась по сторонам. Никого не увидев, она подивилась: «Кто же это кричал?» Тут взгляд ее упал на башню. Глядит, стоит среди пучины столб такой высоты, что ни стражнику, ни дозорному не взобраться на него без лестницы. А на самом верху сидит Ризван-шах. Увидела она его, охнула и лишилась чувств.
А Ризван-шах в недоумении, что же приключилось со старухой, призвал тысячу и одно имя господа, спрыгнул с башни и влез в лодку. Смотрит, а это его нянька. Тогда, повернувшись к кибле, он простерся в благодарственной молитве всевышнему, а затем плеснул в лицо кормилицы водой. Та открыла глаза — видит, рядом стоит Ризван-шах. Тогда она поклонилась ему до земли и воскликнула:
— О любимец матери! Какое счастье, что сохранил тебя создатель! Но расскажи, как ты здесь очутился?
— А ты, нянюшка, как сюда попала?
И она рассказала ему все с начала до конца и добавила:
— Надо уповать на лучшее, ибо всевышний даровал надежду смертным. Создатель милостив, что явил мне твой лик. Открой же мне свои намерения.
— Не будем горевать, — отвечал царевич, — если всевышний сохранил нам жизнь, то пошлет и свободу. Давай постараемся переплыть океан.
С этими словами стал он грести изо всех сил, пока лодка не вышла из водоворота и не поплыла согласно его воле. Ризван-шах обрадовался, надеясь, что скоро появится берег, но только он подумал об этом, глядит, с лодкой поравнялся крокодил. При виде чудовища чувства покинули царевича, а крокодил поднырнул под лодку и так ударил головой в днище, что оно разлетелось на куски. Ризван-шах и нянька оказались в воде. Бедняжка сразу ушла на дно коварного моря и так больше и не появилась. Царевич же вынырнул, схватился за какую-то доску и, держась за нее, поплыл. Волны то ввергали его в пучину, то вздымали ввысь.
Три дня и три ночи носило его по морю. От голода и жажды душа еле держалась в теле. Однако нож веры вырезал линии надежды на печати его жизни. Ризван-шах не переставал возносить мольбы и молитвы всевышнему и на четвертый день достиг, наконец, берега. Он выбрался на сушу и, обратя лицо к кибле, вознес благодарственную хвалу Аллаху.
Глядит, перед ним пустынная равнина без признаков жилья. Царевича томили голод и жажда, и он сорвал с дерева молодые побеги и съел их, а потом напился воды из ручья. Погасив пламя голода, царевич лег под деревом на плоском камне и крепко уснул. Проснувшись же и совершив намаз, пошел куда глаза глядят. Терзаясь разлукой со своей возлюбленной, он, подобно безумцу, то смеялся, то плакал. Вскоре перед ним появилась широкая дорога со следами людей и животных, и он по ней отправился дальше.
Через некоторое время Ризван-шах подошел к ограде сада, где росло много плодовых деревьев и текли прозрачные ручьи. Съев спелых груш и утолив жажду свежею водою, царевич воспрял духом и решил искупаться в пруду, чтобы смыть дорожную усталость. Выйдя на берег, он улегся и проспал четыре часа, а когда проснулся, то услышал человеческие голоса и конское ржанье. В беспокойстве он поднялся и увидел, что тысячи вооруженных и богато одетых всадников сопровождают какого-то знатного господина. Ризван-шах подумал: чья же это свита летит сюда, подобно весеннему ветру?
И пока он размышлял об этом, к нему подъехал прекрасный обликом всадник, окруженный воинами, как солнце — звездами. Всем своим видом являя истинного вельможу, он приветствовал царевича, а тот в ответ низко поклонился.
— О юноша, — спросил знатный всадник, — кто ты и зачем пришел сюда?
— Я — гонимый судьбой, — отвечал царевич. — Что еще могу я сказать?
— Мне тоже довелось испытать много горя. Расскажи мне о себе. Где твоя родина? Откуда идешь ты и куда направляешься?
Рассказ о том, как Ризван-шах был приглашен в город Какум его правителем и с помощью почтенного Якуба разрушал чары Бадры, и о том, как Рухафзу освободили из плена
Рассказчик повествует: повстречав сего знатного господина, Ризван-шах сказал:
— История моя очень длинна и молнией сжигает душу. Я поведаю ее, если вы готовы внимать ухом сердца.
— Говори, мое сердце жаждет ее услышать.
Тогда Ризван-шах рассказал ему свою историю от начала до самого конца. Знатный незнакомец, внимая ему, обливался слезами, а затем велел подать царевичу коня и повез его в город. Оказался он падишахом страны Какум и, въехав в столицу, воссел на троне. Царевича же проводили в баню, облачили в богатый халат и усадили рядом с престолом. «Приготовьте трапезу», — повелел правитель, и вмиг слуги, расстелив дастархан, внесли всевозможные яства.
Падишах ел сам и потчевал Ризван-шаха. Покончив с едой, они омыли руки и, сев рядом, повели беседу. Когда падишах узнал обо всех злоключениях царевича, он проплакал целый час, а затем приказал своему везиру:
— Иди позови почтенного Якуба.
Вскоре везир вернулся, ведя за собой человека величественного вида. Падишах поднялся ему навстречу, почтительно приветствовал и, взяв за руку, усадил на свой трон, а сам сел рядом, скрестив ноги. Тут старец спросил:
— По какой причине изволили вы вспомнить недостойного?
— О друг в каждом деле и помощник во всяком несчастии, — отвечал тот, — этот господин — падишах Чина. Из-за него я потревожил тебя, ибо он жаждал встречи с тобой.
Почтенный Якуб обратился к Ризван-шаху и спросил:
— Что привело сюда господина?
— Предначертания судьбы непременно сбываются. Я уже рассказал повелителю свою повесть. Вот что со мной произошло.
Выслушав его историю, почтенный Якуб исполнился жалости и воскликнул:
— О господин, соберитесь с силами. Если захочет всевышний, кончатся все ваши мучения и вы достигнете цели. Я постараюсь помочь вам обрести желаемое.