Речь сына советника выслушав, царский сын молвил: «Если я ее добуду, тогда буду жить; если нет — умру». Сын советника сказал: «Если таково твое решение, то надлежит нам обоим отправиться туда, где она живет, и добыть ее».
И вот они вдвоем в тот город прибыли. Там сводня живет. Ее прозвище — Старая. В ее доме они остановились. Царевич ее спросил: «Эй, Старая, ты всегда в этом городе живешь?» Она сказала: «Всегда в этом городе живу». Царевич молвил: «Дочь Дантагхаты, по имени Падмавати, есть здесь?» Она сказала: «Есть. Я всегда к ней хожу». Сын советника сказал: «Сегодня ты туда пойдешь?» Она сказала: «Пойду». Тогда царевич принялся плести гирлянду из цветов, а она по другим делам пошла.
Потом те дела покончила и пришла. Взяла гирлянду из цветов и к Падмавати пошла. Ей царевич наедине так сказал: «Ты Падмавати так скажи: «Тот царевич, которого ты у озера видела, — он пришел». Туда придя, она Падмавати все поведала. А Падмавати по цветочной гирлянде это уже поняла. И вот, притворясь разгневанной, сандаловой мазью умастила руки и ту по щекам ударила. И, гневная, так сказала: «Если ты такое слово еще раз мне скажешь, то убью тебя. Теперь ступай!» Ее выгнали.
Пришла она унылая туда, где оставался царский сын. Ее лицо увидя, царский сын скорби предался. А она все рассказала. Царевич молвил: «Друг, что это?» Сын советника молвил: «Не предавайся скорби». Есть здесь значение. Тем, что умащенными сандалом обеими руками она ее ударила, она сказала: «Десять дней погоди, пока темная половина месяца не наступит».
Когда десять дней прошло, старуху опять послали. Тогда Падмавати, три пальца шафраном умастив, ее по щекам ударила. И выгнала. Видя, как она подходит, царский сын скорби предался. И сказал: «Что делать? Ныне мне, верно, смерть будет». Сын советника молвил: «Будь стоек! Есть здесь значение. Божественный, ныне она нечиста:
Когда четыре дня прошло, старуху опять послали. А Падмавати, увидя, как она подходит, связала ее веревками и, сжатой, как полумесяц, рукой ее за шею ухватив, через заднюю дверь выгнала. Пришла та унылая и все о случившемся рассказала. Сын советника, поразмыслив, сказал: «Божественный, в полночь через заднюю дверь надлежит к ней пойти». Когда это услышал царский сын, для него тот день дольше ста лет тянулся.
И вот ночью, надев пышный наряд, с другом пришел он к задней двери дворца Падмавати. И служанки, подняв его на крепких веревках, ввели в жилище. А сын советника пошел в свой дом.
Царский сын и Падмавати приветствовали друг друга. Побеседовали, о здоровье осведомились. Омылись, вкусили пищи, одарили друг друга одеждами и другими украшениями, умастились сандалом и другими мастями, пожевали бетеля и на ложе наслаждений взошли. С ней на много ладов насладясь любовью, царевич сел там, и она его спросила: «О божественный, мои знаки сам ты понял или твой советник?» Царевич молвил: «Я ничего не понял. Мой мудрый друг все понял». Она сказала: «Довольна я твоим другом. Утром для него лепешки приготовлю». Утром царевич, к другу придя, все случившееся ему поведал. Ибо сказано:
«О друг, для тебя в полдень угощение принесут». Это услышав, сын советника сказал: «О божественный, для меня отравленные лепешки принесут».
Пока это происходило, неся отравленные лепешки, служанка пришла. Их увидя, сын советника одну лепешку собаке бросил. Только съела ее — подохла собака. Мертвого пса увидя, разгневанный царевич молвил: «С ней больше не хочу я встречи, для моего друга губительной». Друг сказал: «О божественный, тебе крепко предана она. Любви проявление такое бывает.
И сказано: