Сад пленённых сердец

Услышав такой ответ, юноша вспомнил:

На несправедливости любимых
          каждый раз нельзя нам обижаться,

И нельзя обиды друга помнить,
               из-за них не стоит огорчаться.

* * *

Я новые песни любимой спою,
              старинного золота высыплю груду.

За золото милую я не куплю?
              Ну, что же, любовь за слова я добуду!

Затем он сказал себе: «Из письма ничего не получилось, — надо от пера перейти к золоту и дорогим одеждам».

Раздобудь где-нибудь серебро, если хочешь,
Чтоб тебя золотым в наше время сочли;
У фиалки нет золота, как у нарцисса,
И фиалка склоняет свой стан до земли.

Юноша отправил возлюбленной вместе с письмом золото и драгоценные одежды, но она только сказала:

— Передайте этому юноше, что

Нет, не поможешь златом в этом деле.

— Если бы можно было достичь посредством золота желаемого и искомого, то все сердца влюбились бы в рудник-вместилище сокровищ. Если бы каждая красавица бросалась в объятия из-за шелков, то шелкопряд — основа всех шелков и атласов — был бы возлюбленным всех душ. Брачная комната, хоть она и разубрана, не предназначена для покоя. Золотые кольца хороши на шлее под хвостом мула, а не в ушах пленительной красавицы.

Не любило б золото ослов, — в жизни стало б многое иначе.
И под хвост ослу златых колец не одел бы тот, кто побогаче.

Она вернула назад золото, одеяния и письмо с таким грубым ответом. Огорченный и удрученный юноша слег в постель и стал от тоски петь любовные стихи:

Мы больны, — но кто излечит наш недуг?
Мы удручены, — но где же верный друг?
Что же нам дано от счастья и отрады?
Лишь мечта о ней и сердца вечный стук!

Розовые щеки юноши от переживаний стали шафранными; под бременем скорби и разлуки, которые достались ему от судьбы, его стан, стройный, как стрела и кипарис, согнулся, как лук, разбитый превратностями судьбы и бурями событий. Он жил только мечтой о свидании и утешал себя такими стихами:

Твой призрачный образ в томительном сне
Прохладным напитком приходит ко мне.

* * *

Каждой ночью образ милой вновь приходит
И с собою радость краткую приносит.

С вечера до самого утра, от сумерек до зари он проводил время на улице, где жила возлюбленная, надеясь, что его коснется дуновение ветерка, веющего из садов свидания. Безмерная скорбь и безграничное горе поселились в его сердце, пламя разлуки сожгло гумно его терпения, а он лишь читал стихи:

Ослабеет и погаснет пламя яркого костра,
А огонь, горящий в сердце, никогда не затухает.
Я бранил влюбленных прежде, но любовь изведал я,—
Странно мне, что умирает тот, кто о любви не знает.

Но вот однажды к юноше пришла одна старуха. Лучник-судьба заменила прямоту ее стана горбом, зной дней рассыпал шафран на ее тюльпанах-щеках и камфару — на лужайке ее гиацинтов. Она взглянула на юношу и увидела, что цветник его красоты поблек и завял, что свежесть аргувана его щек сменилась шафраном. Старуха стала пытливо разглядывать его, пытаясь разгадать причину его изнурения и желтизны, и догадалась, что юношу бьет любовная лихорадка и изнуряет жар разлуки, что именно по этой причине пожелтели его щеки.

— О юноша! — обратилась она к нему. — Почему солнце твоей юности потемнело? Почему цветник твоей молодости завял в самую весеннюю пору? Если твой недуг — любовь, то можно найти лекаря.

Выслушав эти намеки, юноша вздохнул глубоко и пролил горючие слезы. Старуха, разгадав тайну любви и определив, что причиной является разлука, сказала юноше:

— «Ты напал на знатока». «Ты нашел того, кто нужен тебе». Расскажи о своих злоключениях, ибо пока не пощупают пульс, не установят болезнь! А если болезнь не определена, невозможно и лечить ее.

Юноша ответил:

Для путников пустыни ночь длинна.
О ночь влюбленных! Всех длинней она.

— Рассказ о моей скорби длинен, в нем перемежаются горы и долы.

Не спрашивай меня, молчи и дай мне умереть в страданье:
Возлюбленная далека, и нет надежды на свиданье.