— Что будем делать? — спросил я у Катеко. Он лишь пожал плечами.
Тут мы услышали приближающиеся шаги Творца. Не долго думая, нырнули под кровать. Творец вошел и остановился. Помялся с ноги на ногу. Снял фартук и бросил его на перетормошенную кровать.
— Кто здесь? — спросил он довольно женственным голосом, — выходите! Я знаю, что вы здесь.
Я и Катеко лежали и молчали. Творец осторожно пошел к кровати. Остановился и резко заглянул под нее. Наши взгляды встретились. Его лицо исказила страшная гримаса злости.
— Вылезайте! — закричал он, — воры!
Мы вылезли и побежали к двери. Она захлопнулась у нас перед носом.
— Я говорил тебе, Сашико, Иерико, не важно, чтобы ты больше не появлялся в моем доме! — кричал Творец, угрожающе к нам подходя, — ты украл у меня куртку! И тебе хватило наглости заявится сюда!
Кулаком разбил дверь. Взял Катеко за руку, и мы побежали. Наши ноги утопали в полу, бежать было трудно. Провалились по колени. Катеко уронил шкаф. Мы выбрались на него, у как на лодке поплыли вперед. Творец бежал за нами.
Мы выбили дверь покоев и оказались на улице. Перед нами были маленькие желтые домики, с белыми ставнями и растущими рядом кленами, пожелтевшими, от дыхания осени. За нами были такие же домики. И по асфальту катили дети на велосипедах. Они говорили об только что открывшемся Саде Потерянных душ.
Творец выскочил вслед за нами, размахивая половником. Я и Катеко бросились бежать. Творец кричал, чтобы мы остановились и вернули ему то, что украли. Но мы и не думали останавливаться. Добежали до метро, сели в первый подъехавший состав и умчались.
Расстроенные, вернулись в наш небольшой каменный дом. Я вошел в свою комнату и тут заметил, что фотография Кемато упала, а ларец был приоткрыт. Отбросил его крышку. А внутри лежал пузырек с золотой водой. Я взял его в руках, повертел. Сходил на кухню и вылил золотую воду в раковину.
Что-то в куртке болью отзывалось в моем боку. Еще раз проверил карманы. Ничего не нашел. Тогда Катеко предложил мне вспороть подкладку и посмотреть, что внутри. Нехотя согласился. Катеко аккуратно отрезал нитки и встряхнул куртку. Оттуда выпала какая-то резная палка. Катеко тут же ее поднял. Потер.
— Копье Творца, — прошептал он и встряхнул палку. Она тут же превратилось в длинное резное копье с алмазным наконечником. Я взял его дрожащими руками, повертел его в руках. Случайно разрезал напополам глиняную вазу.
Ночью я и Катеко вышли на улицу, сплошь усеянную мертвыми телами и стали звать Хорето. Он пришел, скользя над трупами.
— Мы хотим биться с Готоре, — сказал я ему, — я вызываю его на поединок!
Хорето засмеялся. Его смех гулом пронесся по улице.
— Он придет. Жди, Сашико, — отвечал он нам. А после исчез, прихватив несколько душ с собой.
Глава 44.
Мир продолжал трещать по швам. Как я слышал, ничто поглотило дворец Творца, вместе со всем населением. Было жалко лишь только Лемико. Хороший был бог и такая смерть.
Правитель думал, как спасать людей. Несколько раз на дню к дому приходили его послы, просили меня спасти мир. Я их отсылал обратно со словами, что раз погибли даже боги, чем я могу помочь. Хотя я мог спасти их. Мне лишь нужно было победить Готоре, который все никак ко мне не приходил. Да и Хорето я перестал часто видеть.
Солнце застыло на небосводе. Уже несколько суток подряд был день и не было ночи. Не мог выспаться, чтобы набраться сил для сражения. Занавешивал самыми плотными шторами окна, но свет все равно пробивался сквозь них. Катеко предложил заложить окно кирпичом, что я и сделал. Но все равно сон не приходил.
Люди стали просто исчезать. Мертвые или живые, они могли просто идти по улице и исчезнуть. Без следа. Так город стал пустеть еще быстрее. Без людей рушились дома, проваливались в темную бездну под землей. Стало нечего есть. Люди стали грабить и убивать за еду. Благо я и Катеко закупились заранее. Что привлекало воров. Ни один раз на дню приходилось выпроваживать какого-нибудь воришку. И ладно он забирался через окно. Некоторые заходили группами. Пока я сними бился, половина их исчезала, а оставшихся выпроваживал за дверь.