Мама не хотела больше отпускать меня и Кемато в Сад. Боялась, что мы вот так же однажды исчезнем без следа. Мы пообещали не исчезать. И с тяжелым сердцем стала она провожать нас на работу.
Встретил бабулю Аниту на лавочке в дальнем конце Сада. Она кормила с рук юрких белок с пушистыми хвостами орешками.
— Бабуля Анита, не боишься исчезнуть? — спросил я.
— Мне уже нечего этого боятся, — отвечала она, — я стара и слепа, скоро и так кану в не бытье. Мне все-таки уже восемьдесят один.
— Ты видишь, почему они пропадают?
Она покачала головой.
— Не все можно увидеть, не все можно услышать. Не все можно понять. Может быть они сами пожелали исчезнуть. Кто их знает.
Но не смотря на исчезновения, людей в Саду не становилось меньше. Даже наоборот. Сад стал притягивать своей таинственностью. Прохожих на бесконечных дорожках было не протолкнутся. Они стремились в самый дальний конец Сада, будто желали исчезнуть. Или понять, почему исчезали другие.
Однажды я и Кемато заработались допоздна. Ближе к вечеру началась метель. Пелена снега скрыла за собой деревья, унылые лавочки, фонтаны и остальных людей. Мы будто стояли в белой пустоте. Решили спрятаться в беседке и переждать.
Вглядываясь в белую пелену, я увидел силуэт человека. Он с легкостью скользил по густому снегу, приближаясь к нам. Я показал его Кемато. Он испугался. Мы решили спрятаться. Кемато вырвал из пола доски. Мы залезли под беседку, закрыв дыру вырванными половицами.
Гулко раздались шаги. Над нами кто-то ходил босыми ногами. Он был одет во все черное. Лица мы не видели. Задержали дыхание, чтобы не выдать себя. Испуганными взглядами смотрели сквозь доски. Человек, кем бы он ни был, постоял, прислушивался. После так же спокойно ушел. Как раз и закончилась метель. Мы выбрались из укрытия и со всех ног побежали домой.
На следующий день новое объявление о пропаже украсило столбы. Внутренний голос говорил мне не смотреть его. Но я переборол его и подошел. С фотографии на меня смотрел знакомый застенчивый взгляд. Такита. Пропала она. Я в ужасе замер. Она не могла пропасть. Только не она. Бросив все дела, отправился искать ее. Лазил по глубокому снегу, звал ее. Мне отвечала лишь тишина.
Что за монстр поселился в Саду, забиравший потерянных людей с собой? Что это было за страшное существо? Почему-то я решил, что это был кто-то из племени. Уговорил Кемато вернутся туда ненадолго. Он нехотя побрел со мной. Шли мы по знакомым тропинкам и попали в поселение. Из мусорных шалашей вышли поселенцы, с ужасом смотрящие на нас. Прибежал Макето. Увидев его, Кемато спрятался за меня.
— Зачем вы вернулись? — спросил вождь, с отвращением оглядывая меня и прятавшегося Кемато, — сын, ты решил вернутся?
— Ты мне не отец. И никогда им не был, — отвечал Кемато.
— Мы ищем пропавших, — говорил я, — решили, что они у вас.
Макето покачал головой.
— Нет. Мы сами обеспокоены. У нас несколько человек ушло и не вернулось. Нам приходится быть осторожными, — он немного подумал, — раз вы уже пришли, не хотите ли отобедать с нами, гости дорогие?
— Нет, спасибо, — отказался я. Кемато поддержал. Боялся, что вождь задумал что-то, чтобы вернуть себе Кемато, которого я никому не отдам. Он мой брат, любимый брат. Тем более сегодня была пятница. Момент Единения, в котором учувствовать не хотелось. Мы ушли.
В какой-то канаве нашел игрушку оленя с серебряными рогами. Игрушку Такиты. Тут же позвал милиционера. Овраг оцепили, пустили собак искать след. Меня долго допрашивали. Кто я, что здесь делаю. Откуда знаю Такиту. Пришлось рассказать им все. Следователь меня внимательно выслушал, после чего отпустил. Собаки ничего не нашли.
В вечерних новостях объявили, что в Саду орудует серийный убийца. Просили людей быть осторожными и не посещать парк. Меня взяли сомнения, что люди пропадали из-за маньяка. Не могли люди быть им убитым настолько без следа. Без единой зацепки.
Мы стали держаться поближе друг к другу. Кемато не терял меня из своего поля зрения, я не терял его. Хотя, что я могу сделать, если нечто решит забрать его. Если он сам захочет исчезнуть. Но хоть так было спокойнее.