— Боюсь, поссорятся, — говорил Кемато, — чувствую, что поссорятся.
Попытка успокоить Кемато не увенчалась успехом. Видимо мои слова звучали не убедительно, потому что я так же думал. Будет ссора. Можно было бы их вообще не знакомить, встретились бы на свадьбе. И там бы поссорились.
Я, Кемато и Марика прогуливались по Саду. Забрели подальше от людских глаз, чтобы обсудить предстоящую встречу. Зачем им был нужен я – не понимал. В качестве какого-то судьи что ли. Отметал или принимал их предложения. Так мной было решено проводить встречу на нейтральной территории, чуть ли не на окраине города, в недорогом ресторане. Марика и Кемато решили оплачивать его сами.
Меня подозвала мама. Она была сегодня особенно серьезной. Я даже испугался. Робко подошел и спросил в чем дело.
— Сашико, ты если что помоги мне, — говорила мама, — уговори Кемато расстаться с Марикой и отменить свадьбу.
— Почему?
Мама ответила, что Марика ему не пара и подобное. Об истинных причинах такого решения она не говорила. Догадался сам.
— Нет, мам, — отвечал я на ее просьбу, — так не сделаю.
Она стала переубеждать меня. Я повторил твердое «нет» и ушел.
Вечером мама отвела Кемато к себе в комнату поговорить. Слышал через стену, как она уже его отговорила от свадьбы. Ну или просила хотя бы перенести ее на попозже. Кемато разошелся, что за ним никогда не замечал. Он чуть ли не кричал, что не станет ни отменять, не переносить ничего. Пришел в комнату, громко хлопнув дверью.
— Извини, — буркнул он и лег на кровать. Спустя пару минут он заворчал:
— Чего ней не нравится? Раньше была не против, а сейчас, что произошло?
— Боится ударить в грязь лицом, — отвечал ему, — боится, что ты не достоин Марики, по мнению ее родителей. Защищает она тебя так.
— Нет уж! Мы как-нибудь сами с Марикой разберемся, подходим друг другу или нет, — он помолчал, — что я несу! Мы уже разобрались! Подходим. Полностью подходим!
Под его неугомонное ворчание я заснул.
Кемато поехал заранее. Мне сказал привести маму. Я, уже одетый, выслушивал ее жалобы на то, что будущая женитьба – чистый фарс, что все это пустое и Кемато нужно найти кого-то другого.
— Мам, — говорил я твердо, — не надо. Они любят друг друга. И ты думаешь, они послушают вас?
— Послушают! — удивительно твердо сказала мама, даже с долей агрессии, — послушают!
Мы приехали на место одновременно с родителями Марики. Они вышли из дорогой машины, осмотрели нас с неким презрением. Еще с большем призрением посмотрела на них моя мама. Я стоял между ними, чувствовал весь их негатив. Отошел подальше.
Из ресторана вышли Марика и Кемато. Оба натужно улыбались, пригласили во внутрь. Родители пошли одновременно. Косились друг на друга, старались обогнать. Наша мама вырвалась вперед и первой вошла в ресторан. Следом за ней, недовольно пыхтя, вошли родители Марики. Ну а потом вошел и я. Видел, как Кемато и Марика переглянулись.
Нас посадили за длинный стол. Кемато и Марика сели во главе стола. Со стороны Марики сели ее родители. Мама села напротив них, со стороны Кемато. Я решил не участвовать, поэтому сел напротив будущих молодоженов. На принесли блюда. Разные и необычные. А я мечтал о вареной капусте.
Родители ели молча, лишь поглядывали друг на друга. Кемато и Марика не ели, старались улыбаться вопреки повисшему негативу в воздухе. А для меня все превращалось в скандальное телешоу, одно из тех, что смотрела мама вечерами.
— Где будете жить после свадьбы? — спросила мама Марики, косясь на мою маму, — неужели у жениха?
Мама аж от негодования бросила ложку в суп. Уставилась на маму Марики, взгляд ее сверкал испепеляющими молниями.
— Мы снимем квартиру, — быстро отвечал Кемато, пытаясь погасить разгоравшееся пламя. Вместо этого он подлил еще больше масла.
— Прошу прощания, но на что? — спросил отец Марики.
Наша мама была готова взорваться, но ее опередила Марика словами:
— Мы уже ищем работу.
Да, Кемато чего-то говорил, что он хочет уходить с должности дворника в Саду. И даже уже нашел подходящее место в каком-то исследовательском институте. Собирался изучать звезды, другие планеты за довольно приличные деньги. Где собиралась работать Марика я не знал.