— Вы никуда не пойдете, — скрипел он зеркальным голосом.
Недолго думая, Теко взял зонт и ударил отца. Тот разлетелся на сотню осколков, проклинавших нас.
Мы бежали ко мне домой, по пути набрав множество зеркал и прихватит черную свечу. Голова раскалывалась на куски, прямо, как зеркало.
Дверь домой оказалась заперта. Я позвонил. Через некоторое время открыл нам Кемато. Он обнял меня.
— Сашико, ты пришел! — радостно кричал он. Его объятия разрезали куртку, которая упала осколками на пол. Я оттолкнул Кемато. Тот безразлично посмотрел на меня.
— Вы не войдете, — сказал он. Оно, его отражение. Я бросил в него телефон. Со звоном он отскочил от его тела. Кемато, его отражение, двинулось на нас. Он сломал себе руку. Она стала острым осколком зеркала, которым пытался нас убить. Мы отступали все дальше и дальше от квартиры. Торопливо спускались по лестнице. Ведь промедление, и ты будешь разрезан напополам.
Я взял свечу и бросил под ноги отражению Кемато. Он поскользнулся, упал на ступеньки. Осколки его со звоном полетели вниз с лестницы. Победа. Вот только свеча была раздавлена.
— Ничего, сейчас переплавим, — сказал Теко, подбирая осколки.
Мы заперлись в квартире. И не зря. В дверь стучали, звали меня и Теко знакомые голоса. Скреблись в дверь. Теко сидел за столом, проплавлял кусочки свечи и так их склеивал. Я пока отправился расставлять зеркала.
В углу стоял Хорето. Я замахнулся на него зеркалом.
— Я не отражение, — говорил он, — я жду тебя, Сашико.
Не обратил на его слова ни малейшего внимания. Быстро расставил зеркала. Прибежал Теко, поставил свечку. Зажег. Свет ее отразился от зеркал и... ничего. Мы не попали в белое ничто.
— Он вас не выпустит, — пробормотал Хорето.
— Кто? — спросили хором я и Теко.
— Я, — отвечал Хорето не своим, противным голосом, — я не выпущу вас из вами созданного мира.
— Кто ты? Отвечай! — закричал я.
— Не кричи ради богов. Иначе…
Обернулся. Теко не было со мной. Он просто исчез.
— Где Теко?
— Его никогда и не было, — отвечал управляющий Хорето (какой же его голос был омерзительным), — как и тебя, Сашико. Ты создал мир в голове, кошмарный мир. Мне больно.
— Так верни нас обратно! — кричал я, — Возьми любую плату.
Хорето, вернее тот, кто управлял им, задумался.
— Хорошо, — сказал он угрожающе, — возвращайся, Сашико. И больше не смей мне перечить.
Я в ужасе проснулся. Рядом со мной спал Теко. Мы были в окружении зеркал. Посреди догорала свечка.
— Проснись, — я легонько тряс Теко за плечо. Тот открыл глаза, растерянно на меня смотрел.
— Мы заснули, — сказал он, — всего лишь. Так и не получилось изменить реальность.
Он ничего не помнил. Я не стал ему говорить. Проводил его до метро. Распрощались. Он уехал, я вернулся домой.
Все было лишь сном. Этому я был даже рад. Вот только мама утром не вернулась с работы. И не брала телефон. Услышал стук по стеклу. Выглянул во все окна. Никого. Пошел в коридор, к большому зеркалу, из которого на меня смотрела мама. Услышал в голове ее голос:
— Что ты наделал, Сашико.
И ее отражение, нет, она сама исчезла в зеркале.
Вечером мне сообщили и сказали, что мама пропала без вести. Она не приходила на работу, до нее никто не мог дозвонится. Объявили пропавшей без вести.
Целый день провел дома, не вставая с кровати. Как только закрывал глаза, то видел лица мамы и Кемато. Сердце так больно щемило в груди.
Глава 34.
Раздался звонок на телефоне. Незнакомый номер. Но ответил мне знакомый голос.
— Привет, Сашико, — говорил Тереко в трубку.
Перекинулись дежурными фразами, наподобие: «Как жизнь и дела». После он предложил мне встретится здесь, в городе. Я согласился.
Приехал к нему. Он жил в общежитии на самой окраине города, возле колледжа, в котором учился. Он красочно и долго рассказывал о своей учебе. Как он ловко разбирает и собирает моторы, как копается в автомобилях и больших тракторах. После чего предоставил мне слово, и я рассказывал ему о своей.