Альвенслебен не помнил тех времен, когда открыли прижизненное копирование, в его бытность позволялось делать исключительно посмертное – цифровое. И только с согласия самого умершего. Для этого существовала специальная юридическая форма-завещание. Однако родители рассказывали, что в годы их юности, после легализации этой процедуры и в период, когда она стала относительно доступной, случился просто коллапс. Настоящий хаос.
Люди копировали себя по поводу и без. Кто-то ради развлечения, кто-то по причине одиночества, кто-то с целью создать целую команду копий, которая обязывалась зарабатывать на жизнь оригиналу, кто-то копировал детей и продавал их извращенцам, кто-то – родных, чтобы в случае смерти всегда имелась замена. Это было похоже на бредовое помешательство всех по всем. Преступность выросла в более чем тридцать раз, население – в десять с половиной. Конечно же, все это безобразие быстро свернули, разгребая нешуточные последствия до сих пор. Потому как многие такие копии после запрета были вывезены в Северные Штаты или в Мексику, и до сих пор могли спокойно «подтвердить личность» скопированного.
Тем не менее, через десять лет упорной борьбы с бесконтрольным копированием живых людей было покончено. Законы написаны и приведены в действие, меры приняты, уголовные дела заведены, а население усердно пичкали разного рода внушениями, дабы оно способствовало борьбе.
Отныне процедура прижизненного копирования справедливо была признана опасной. Объявлена губительной и неэтичной. Однако не существует на свете ни единого запрета, которым бы не очаровался человеческий порок.
Довольно быстро и плотно сей вид копирования в оборот взяла секс-индустрия. Компании, производящие секс-андроидов, в какой-то момент столкнулись с потребительским кризисом из-за перенасыщения ассортиментных рядов огромным количеством специфических аватаров. Кого среди них только не было: демоны, эльфы, русалки, фурри, крылатые женщины и мужчины, «кошкодевочки», гуманоидные насекомые и паукообразные, инопланетяне, даже дриады, тело которых имитировало ствол дерева, а волосы – ивовые ветви или листву (ходила гипотеза, что конкретно этот аватар дизайнер разработал ради шуток про бревно). Словом, разработчики аватаров развлекались как могли.
Случился настоящий «бум», продажи подобных моделей зашкаливали, однако спустя какое-то время приелись и они. Популярность подобных секс-андроидов сначала вышла на небольшое пятилетнее «плато», а после начала стремительно падать. В основной оборот вновь вернулись «более стандартные» модели. Ну, и конечно же, когда во всю свою мощь грянула легализация прижизненного копирования, упускать такую золотую жилу, ни один из производителей не собирался.
Первыми, кто придумал этот пиар-ход, стали «Cute Dollie».
«”Dead Unicorn” разработали первого секс-андроида, умеющего летать. А мы скопировали секс-андроида с настоящего человека. Вплоть до шрамов и родинок. Отныне никакого «рафината»! CD всегда была популяризатором всего естественного!» – написали они в своем «X».
Интернет в тот день просто взорвался.
Некоторые вовсю высмеивали то, что поколение IQ придумало человека. Некоторые сомневались в привлекательности такого подхода, поскольку большая часть тех, кто перешел на секс-андроидов, сделали это как раз таки по причине их стерильной безупречности. Некоторые заговаривали о рисках и о том, что это может привести к повальной «торговле телом не напрямую» (во многом они оказались правы). А некоторые сходу вывернули кошельки.
Конкуренты не могли спустить Милой Куколке такого бахвальства, как не могли позволить им оккупировать нишу секс-андроидов для традиционалистов. Потому как слоган, под которым выпустилась первая такая «ультраестественная» модель: «Совершенное несовершенство – идеальная внутри, а не снаружи», а также рекламная компания, раззванивающая во все концы, что «это все равно, что владеть живым человеком, но не допуская эксплуатации людей!», как бы намекали всем остальным воротилам этого пикантного бизнеса, что «Cute Dollie» взялись за дело всерьез.
Часть 7. "Грязные бизнесы".