— Понимаешь ли ты, дитя, всё значение того, что ты имеешь? — тихо спросил Учитель.
— Я боюсь, что не так глубоко и полно, как надо бы…
— Да, Я тоже так полагаю… Ты не осмыслила ещё, какой это великий и необычайный дар и как редко он даётся людям! Это Я тебе говорю не для того, чтобы вызвать гордыню, а чтобы ты знала и отдавала себе отчёт в том, чем ты владеешь.
Учитель замолк, и мы вступили в Его любимую аллею в молчании и сели. Горная цепь пламенела в лучах заката, и лишь яркая, белая, сверкающая, как алмаз, звезда чисто и ясно выделялась на одной из горных вершин. Чувство счастья росло во мне, ширилось в груди, и в глазах накипали слёзы, но не могли излиться, так как казалось, что даже слёзы счастья не смеют литься в такие минуты. Тихо, очень тихо Учитель сказал:
— Видишь ли ты звезду там, в отдалении? Помнишь ли ты о ней?
Так же тихо я прошептала:
— Да, Учитель…
— Скоро, может быть, скоро ты будешь там со всеми Нами.
Словно огненный вихрь пронёсся в сердце от этих слов Учителя. Мне казалось, что я задохнусь от счастья. Я тихо склонилась к ногам Учителя и обняла Его колени. Учитель приподнял меня с коленей и, обняв за плечи, привлёк к Себе.
— Береги в сердце этот экстаз, этот огонь. Гори! Расточай свет вокруг себя. В этом твоё назначение.
Учитель замолк. От Него шла сила и передавалась мне вроде электрического тока, но без его неприятного ощущения и вызывая во мне блаженную бессознательность. Вдруг Учитель слегка отстранил меня от себя и встал во весь рост… И Свет, Свет, сверкание, равного которому я ещё никогда не видела, снизошёл от Него. Ослеплённая, я упала ниц. Когда, ошеломлённая, я очнулась, приподнялась и раскрыла глаза, Учителя уже не было. Но я слышала нежную музыку, звучащую в воздухе, где-то вдали, вдали… словно звучали далёкие арфы. Потом донеслись хоры голосов, которые тоже то доносились ближе, то словно относились порывом ветра далеко. И всё это родило в сердце такой трепет, такой восторг, доходящий почти до страдания, что я не умею вам этого описать. И сколько времени это длилось, я тоже не знаю. Я всё стояла на коленях, на дорожке, прижав руки к груди, словно в оцепенении. Из этого состояния меня вывел голос Учителя, раздавшийся сзади меня:
— Иди с миром, дитя! Запечатлей это и передай людям, чтобы и они были счастливы.
6 часов.
Я подошла к площадке роз. Вся наша маленькая группка стояла вместе и что-то обсуждала. Я приблизилась.
— Вот и она! — сказал Стивенс.
— Знаешь, мы говорили о тебе, — сказала Анита.
— Да, ты совершенно как-то выпала из нашего содружества за последнее время, — сказал Феликс.
— Я всё нездорова… А потом, друзья мои, я хочу спросить вас, чувствуете ли вы сегодня особенное, великое счастье?
— Как? И ты? — радостно воскликнула Анита.
— Это восхитительно! Все мы сегодня переживаем это! — сказала Астарта смеясь.
— Да, мы сегодня переживаем, каждый по-своему, какой-то великий трепет счастья, — серьёзно сказал Феликс.
— И сколько любви в сердце, — прошептала Анита.
Мы встали все вместе на молитву. Сгустились сумерки. Стало почти темно. Учитель появился на площадке роз. Он нёс перед Собой маленький светильничек, горевший голубым огнём, и стал обходить наши ряды, проходя мимо каждого из нас и каждого на мгновение освещая лёгким, голубым светом. Когда Учитель встал на Своё место, Он высоко поднял над головой светильничек и сказал:
— Мир всем!
И все ответили, склоняясь:
— И Тебе, Учитель!
И Учитель произнёс молитву. Его светильничек, горевший в Его высоко поднятой руке, был похож на голубую звезду, тихую звезду вечернего неба. После молитвы Учитель сказал:
— Друзья мои! Этот светильничек — эмблема вашего сердца. В каждом из вас мерцает в сердце светильник. Он мал. Но от малого огня зажигаются великие пожары… И помните, что всякий огонь есть часть Единого Мирового Пламени. Этот светильник слабо мерцает, когда он один, но взгляните…
С этими словами Учитель слегка подбросил светильничек в воздух, и он, как лодочка, поплыл по воздуху и остановился посередине площадки над «островом роз». И мгновенно вокруг него появились сотни маленьких голубых язычков пламени, дрожащих и мерцающих в тёплом вечернем воздухе. И всё это вместе было прикрыто сверху как бы нежным розовым облаком, тоже излучающим свет. Это образовало в целом огромный розовый цветок, перевернутый вниз, внутри которого струилось и переливалось серебром голубое пламя. И это было не только прекрасное зрелище, но это вызывало трепет в сердце и содрогание восторга и благоговения. И Учитель говорил: