Наступила пауза. Кайл до этого бесцельно ковырявшийся в тарелке, вдруг отбросил вилку и спросил:
- Зачем вы... вы подарили… почему меня? – вопрос дался с трудом. Он до боли сжал кулаки, спрятанные на коленях.
Кейран молчал. Пальцы ловко управлялись с салфеткой, складывая из нее еще не понятную Кайлу фигурку. Его лицо становилось все задумчивее, будто тот решал что-то для себя.
- Ты ведь убил отца случайно? Несчастный случай?
Кайл стисну кулаки так сильно, что свело пальцы. Никто не задавал ему этого вопроса. Как так получилось? Его спрашивали: зачем? Почему? И он отвечал. А мог и не отвечать – это бы ничего не изменило. Как так получилось, что Кайл сам никогда не воспринимал это как случайность? Он чувствовал себя виноватым. Он был виноват. Какой уж тут несчастный случай...
- Я не хотел этого... – прошептал Кайл. – Не хотел его убивать. Не хотел, чтобы для нашей семьи так все закончилось. Кира - она же ни в чем не виновата... А я заслужил и тюрьму, и Гефаллена. Только почему... вы делаете такие подарки? Это бесчеловечно.
- Да. Бесчеловечно, – Кейран поднял единственный глаз на Кайла. – Однажды ты поймешь.
- Что пойму?
- Это подарок вам обоим, – он подкинул фигурку, сложенную из салфетки, и та покатилась по столу прямо к Кайлу. Белоснежная роза.
- Я хочу показать тебе Оранжерею, – вставая, произнес Кейран.
- Ту самую, где растут розы?
- Розы там давно уже не растут.
- Но уже поздно.
- В самый раз, – усмехнулся одноглазый. – И Рэйна сейчас нет. Срочное собрание в Триумвирате.
Они вышли из особняка и шли меж терновых деревьев по уже знакомой Кайлу дороге. Кейран ориентировался в темноте, как кошка, и вел его за собой. Сердце в груди у Кайла гулко билось, сжатые ладони были мокрыми. От волнения и вечерней прохлады его бил озноб.
- Значит, Гефаллен бывает в Триумвирате? – спросил он, когда они оставили позади заросшую беседку. Спросил просто, чтобы не молчать.
- Для тебя – господин Гефаллен.
- Он видел Правителей?
- Можно и так сказать.
Они вышли к зданию из темного стекла. Кайл замер в нерешительности. Странное чувство тревоги и благоговения охватило его.
- Что-то случилось? – спросил Кейран, окинув его внимательным взглядом.
Он покачал головой, но так и не двинулся с места. Неожиданно ему стало страшно.
- Зачем вы ведете меня туда? Что там?
- Прошлое. Боишься?
- Хьютер сказал, что вход сюда запрещен…
- Пойдем, хочу показать тебе кое-что, – Кейран коснулся его плеча.
Кайл вздрогнул. Тем временем тот приложил руку к стене, и невидимая до этого дверь открылась. Мужчина переступил порог и скрылся внутри. Кайл последовал за ним. Длинная электрическая лампа под потолком источала тусклый серовато-белый свет. Черно-серым было все вокруг. А еще тут было холодно.
- Как в склепе, – прошептал Кайл.
- Это и есть склеп, – голос Кейрана отразился от стен и потонул в вязком сумраке.
Пышные кусты роз тянулись от самого входа до дальней стены. Розы, розы, розы. Высокие, низкие, огромные и с аккуратными маленькими бутончиками. Целые заросли из цветов. И все они будто спали, опустив сморщенные головки. Все до единой розы – увядшие.
- Что это?
- Розы.
- Но они... мертвы.
Кейран кивнул, не глядя на него.
- Я же говорил, что розы здесь не растут. Когда-то тут был прекрасный розовый сад, но много лет назад в одну ночь все розы увяли. С тех пор ничего не изменилось. Если цветок срезать, то он высыхает. Ты видел букеты – все они отсюда.
- Но если их срывают, то почему их так много?
- Цветы появляются вновь каждый день. Такие же мертвые, – Кейран невесело усмехнулся. – Я называю это место Садом увядших роз. Пошли. Я кое-что покажу.
И Кейран направился вглубь цветника. Кайл последовал за ним на ногах, вдруг ставших чужими. Мертвые розы и гнетущее безмолвие…
Провожатый остановился около сухих кустов с бутонами, когда-то красными, сейчас же блеклыми. Он опустился на колени, и осторожно раздвинул заросли.