Для него было лишь одно спасение - Аластер. Если кто и боялся Гидеона больше его самого, то это лишь владыка. Он соврет отцу, оправдает себя в его глазах, как делал это не раз. А потом покончит и с ним. Правы Пеллары - на трон не должно быть претендентов, лишь один наследник.
Он не стал дожидаться, когда корабль войдёт в порт, и велел спустить на воду шлюпку. Червь и вайские рабы гребли изо всех сил, и все равно Лестеру казалось, что берег приближается слишком медленно. Он то и дело покрикивал на них, клялся скормить рыбам, но шлюпка двигалась не быстрее прежнего. У берега, не в силах ждать, он выскочил в воду и, поднимая высокие брызги, бросился вперёд. Над городом возвышалась громада дворца и все помыслы принца устремлялись к верхнему ярусу владыки. Петляя переулками, точно перепуганный зверь, он мчался к дому, не оборачиваясь на крики Червя и приветствия горожан.
Во дворце было тихо. Остановившись, Лестер пригладил намокшие от пота волосы и уже спокойно направился вверх по винтовой лестнице, пытаясь усмирить бешеное биение сердца. Никто не чинил ему препятствий, и, поднявшись на этаж отца, он не встретил никакого сопротивления. Молодые стражи приветствовали его чуть заметным поворотом головы и, успокоившись окончательно, Лестер расправил плечи. Наследник вернулся домой.
Он нашёл отца в его покоях. Как и в последнюю встречу, Аластер сидел в центре комнаты лицом обращенный к распахнутым балконным дверям. Солнечные лучи, падающие на его волосы, делали их светлее, и Лестер внезапно осознал, как мало лет разделяет их с отцом. Среди приятелей принца были и более зрелые мужчины, которых он считал себе ровней. Кто знает, быть может Аластеру уготовано долголетие, и он, точно владыка Тиберий, окончит своё царствование девяностолетним стариком. Ещё пятьдесят лет ожидания свели бы Лестера с ума.
- Владыка, - произнёс он, делая шаг вперёд, но Аластер движением руки остановил его. Лестер похолодел. Неужели отцу уже все известно? А раз так, то что ему делать? Просить униженно прощение или отвергать все обвинения?
- Я знаю, ты сердит на меня, но позволь мне все объяснить. Я намеренно пошёл на сговор с нашим врагом, желая усыпить его бдительность и выведать намерения. Он желает погубить нас, отец. За мной следили, я не мог открыться тебе во время нашей последней встречи. В Вайсе я едва не погиб от рук его наемников. Я прибыл, чтобы вместе с тобой ответить на угрозу. Чёрный принц жив и намерен бросить нам обоим вызов. Он жаждет твоей смерти, отец. Но я не позволю ему причинить тебе вред. Он не сможет тебя убить.
- Ошибаешься.
Лестер застыл. Его кожа покрылась мурашками, от рук отхлынула кровь, а ноги внезапно обмякли. Почти теряя сознание, он видел, как владыка поднялся на ноги и, расправив чёрный бархатный плащ, обернулся.
- Ты, - прошипел Лестер.
Гидеон усмехнулся.
- Ты опоздал с обещаниями, дорогой брат. Аластер уже не услышит их.
- Что ты с ним сделал?
- Ты хочешь знать подробности? Наш дорогой отец скончался. На площадях говорят, его сердце разорвались от страха, когда он узнал, что Гидеон Чёрный принц жив. Ни для кого не секрет, что алчный Аластер боялся утратить власть и велел умертвить племянника. Но Чёрного принца нельзя убить. Ему покровительствует бог, и с его волей принц позаботится о нериях.
- Ты не имеешь прав на престол! Я наследник Аластера! На моей стороне правда!
- На твоей стороне только страх, - спокойно возразил Гидеон. Он холодно взирал на распластавшегося у его ног Лестера. Его пальцы машинально поглаживали ножны, и Лестер, точно завороженный не смел отвести от них взгляд.
- Ты убьешь меня? - тяжело сглотнув ком в горле, спросил он.
- Нет.
- Нет?
- Я не хочу обескровить дом Талтосов. Мне нет дела до такого жалкого червя как ты, Лестер. Я оставлю тебе твою жалкую жизнь и даже позволю в последний раз взойти на «Буревестник», чтобы воссоединиться с Айаной. Без денег и отца, ты просто тень. А Сангриду порадует, то что я сохранил тебе жизнь.
- Я наследник Нерелиссы.
- Ты отречешься от престола. Завтра, во время коронации, ты прилюдно поклянешься в том, что отказываешься от всех прав на трон. И тогда я отпущу тебя.