- Но она сама....
- Слишком напугана, чтобы смыслить здраво и принять мои доводы.
- Вы хотите, - тщательно подбирая слова, произнесла Сангрида, - чтобы я написала в нем ваше имя?
- Нет-нет, - покачал головой Крыс. Кажется, его позабавило подобное предположение. - Ты по-прежнему слишком веришь глупым россказням, распускаемым моими недоброжелателями. Я не хочу править, Сангрида, не хочу становиться королем-калекой, какой бы соблазнительной ни казалась корона. Нет, ты напишешь имя Айаны Пеллар.
- Я не понимаю. Она ведь исчезла.
- Именно! - воскликнул Крыс. - Это создаст прецедент, и позволит нам остановить казнь, до решения вопроса о наследнике. Но это еще не все. Я могу допустить то, что некоторые из советников попытаются сделать отсылку на завещание короля Максимилиана Кривого. Он оставил трон сыну, который был заражен проказой и не мог стать королем. Тогда Совет голосовал за наследника самостоятельно и казнил всех остальных детей Максимилиана.
На этот случай у нас будет письмо, написанное уже рукой Айаны, перед заключением брака с покойным принцем Дованом. В этом письме она отказывается от всех своих прав в Королевской равнине в пользу мужа. Дован мертв, у него нет прямых наследников, а права на престол сможет заявить любой из Талтосов. Совет побоится обнародовать письмо, зная, что за этим последует война с Черным островом. И тогда я смогу настоять на отмене казни и введении указа о прямой передачи трона. Принцесса Гексия станет нашей новой королевой, а ее сестры останутся в живых.
- Вы уверены в этом, Эдвард?
- Если я в чем-то неуверен, то не распространяюсь на этот счет. Поверь мне, я не хотел бы увидеть, как их хорошенькие головы сносят с плеч. Так что ты скажешь? Я могу рассчитывать на твою помощь?
Подумав, Сангрида кивнула. Меньше всего на свете ей хотелось приближаться к престолам и владыкам, но жизнь Милит, как и жизни ее сестер, значили гораздо больше, чем ее нежелание.