Глава 9. Черный принц
Сверкающая полоса огней издали казалась расплавленным золотом на темном бархате ночи. Мраморный город приближался так медленно, точно течение Чёрной смерти гнало корабли прочь от столицы, обратно в неспокойные воды Лазурного океана. Река, погубившая флот непобедимого Диглана Белобородого, казалось, вновь восстала против нерий, не позволяя их кораблям достигнуть берега.
Гидеон Черный принц стоял на палубе, прищуренным взором вглядываясь в неясный свет ночного города. Он находился здесь уже несколько часов, не обращая внимания ни на крики команды, ни на порывы ледяного ветра, негостеприимно встречающего посольство Черного острова.
Час свидания близился. Все, о чем он только смел мечтать, было так близко, что минуты ожидания тянулись вдвое медленнее обычного, испытывая и без того хрупкое терпение принца. Работорговцы обходили его стороной, чувствуя невероятное напряжение в его замершей позе и боясь той бури, которая может вырваться наружу, случись им потревожить обманчивый покой господина.
Один лишь Себастиан безмятежно оставался на палубе, с едва заметной усмешкой поглядывая на друга. Чувства Гидеона он считал досадной глупостью, бороться с которой тот был не в силах. Себастиан не понимал силу любви, поскольку никогда сам не испытывал ее. Глубокие волнения были недоступны его сердцу, он жил страстями, охотно удовлетворяя их в объятиях очередной чаровницы. В отличие от Гидеона, Себастиану была чужда набожность, он не испытывал раскаяния и не осознавал греха, охотно предаваясь ему даже в церковных одеяниях. В его глазах любовь Гидеона к Сангриде была недостатком, а недостатки Себастиан старался не замечать. Впрочем, он признавал очарование Сангриды, и испытывал к ней расположение, отчего ему было легче смириться с глупой привязанностью друга.
- Узнай, когда мы наконец-то встанем на якорь, - нарушил тишину Гидеон. Это были первые слова, произнесенные им за долгие часы ожидания, и Себастиан поспешил исполнить его просьбу. Услышав, что осталось не больше пары лиг, он поспешил передать новость Гидеону. Тот удовлетворенно кивнул и вновь направил взор на золотую линию.