Краска отхлынула от лица морнийца. И Крыс испугался. Если эти двое набросятся друг на друга в его дворце, то ни один из договоров не будет подписан. Королевскую равнину охватит мятежи и беспорядки. Без денег Морно ему не удержаться у власти. А Нерелисса? Договор о мире снимет запрет с торговли, и в будущем можно будет не унижаться перед Креллингами, прося все новых и новых кредитов.
- Уверена, - произнесла Сангрида, беря под руку Даррена, уже готового броситься на Чёрного принца, - чем бы ни оскорбили вас эти солдаты и музыкант, они получили по заслугам. А теперь, прошу, пожалуйте к столу. Я весь день не давала прислуге покоя, так что, надеюсь, мои усилия были не напрасны.
Крыс вздохнул с облегчением. Гроза миновала, но чего ещё ждать? А после нужно будет идти в Совет и, рискуя всем, подменить завещание. На него вновь напало уныние, и даже присутствие Сангриды не могло этого изменить.
- Принц, - подал голос Даррен. - Это правда, что, обговаривая условия сдачи города, вы неизменно требуете сотню самых красивых женщин для себя и своего ближнего круга, а, получив их, устраиваете многодневную оргию, предаваясь пьянству и насилию?
Сангрида замерла в своём кресле. Бросив на нее быстрый взгляд, Гидеон улыбнулся.
- Принц Даррен, если бы это было так, я бы взял вас в свой следующий поход. Вам бы только пошло на пользу общение с женщинами и мужские разговоры.
- И консистория вас не осуждает? - проигнорировав его ответ, с жаром спросил морниец.
- Когда люди воюют, бог закрывает глаза. А как вы себя оправдываете?
- Прошу вас, довольно о войне, - не отрывая взгляда от стола, прошептала Сангрида. - Есть тысячи тем, более приятных для обсуждения.
- Разумеется, - воодушевился принц Даррен. - Поговорим о любви. Как вышло, что рядом с таким великим воином, как Чёрный принц нет ни одной женщины? Разве Талтосы не женят сыновей, едва те впервые испытают зов плоти? Что с вами не так? Или только боль и разрушения горячат вашу кровь?
Гидеон молчал. Непринужденная насмешливая улыбка исчезла с его лица, глаза опасно потемнели. Не чувствуя нависшей над ним угрозы, Даррен довольно усмехнулся.
- Что касается меня, то я намерен в скором времени жениться. Завтра я буду просить руки принцессы Айаны у Нуадор Тактимар. Нельзя, чтобы подобный цветок высох в своём вдовстве. Я намерен увлажнять его снова и снова.
- Как будто ей было мало первого мужа, предпочитавшего меч ножнам.
Даррен в бешенстве вскочил на ноги, Гидеон ответил тем же. Между ними был стол, но едва ли подобная преграда могла бы сдержать натиск нерелисского льва.
- Гидеон, нет! - Сангрида испуганно встала перед ним. - Прошу, не надо. Принц Даррен! - она бросила на морнийца умоляющий взгляд. - Вы оба сделаете мне одолжение, если прекратите эту ссору. Вы гости советника Холгера и он отвечает за вас перед всем миром. Прошу, будьте к нему милосердны!
Отчаяние, прозвучавшее в её голосе, несказанно тронуло сердце Крыса. Никто прежде не проявлял о нем подобную заботу, и неожиданно к его глазам подступили слёзы. Он не плакал с тех пор, как его искалеченным привезли обратно в Клодас. И Крыс испытал страх. Сангрида все больше подчиняла себе его душу, завладевала мыслями. С каждым днём чувства к ней становились все сильнее, и Крыс с ужасом понимал, что влюбляется. Для таких, как он, любовь означала лишь одно - гибель. Вот отчего он всерьёз размышлял о том, чтобы отдать её замуж за Креллинга. Потерять её сейчас было бы не так больно.
- Советник, - окликнула его Сангрида, и Крыс оторвался от размышлений.
- Господа, прошу вас. Давайте наслаждаться прекрасным ужином, вином и компанией принцессы Айаны, - торопливо сказал он. Сангрида была права - ему дорого обошлась бы драка двух принцев.
- Гидеон! - вдруг с ужасом закричала Сангрида, но тот лишь улыбнулся в ответ. Принц вынул из ножен кинжал, но, вместо того, чтобы наброситься на Даррена, швырнул клинок перед ним на стол.
- Кинжал, а не ножны, - повторил он. - Оставьте себе.
- Я когда-нибудь его верну, - дрожа от гнева, пообещал Даррен. Гидеон усмехнулся.
- Буду с нетерпением ожидать этого дня. - Каллат? - он перевёл на вход и лишь теперь присутствующие заметили появление ещё одного гостя. Он, как и принц, был одет во все чёрное, а черты лица выдавали в нем нерию.
- Простите, господин, - мужчина низко поклонился. Взгляд его остановился на Сангриде, однако более ничем он её не отметил. - Вам пришло послание от Аластера. Оно требует вашего немедленного ответа.
- Дай сюда, - велел Гидеон и быстрым шагом направился к слуге. Буквально выхватив бумагу из его рук, он быстро скользнул взглядом по строчками и лицо его омрачилось.
- Господа, боюсь, я вынужден вас оставить.
- Что-то произошло? - взволновано спросила Сангрида. Гидеон бросил на неё предупреждающий взгляд.
- Наследник Лестер был взят в плен и теперь находится в Фолленде. Я должен возглавить войска и вернуть его из Долины соколов прежде, чем истечёт срок ультиматума. Боюсь, мне придётся покинуть вас сразу, как только мои спутники продадут всех рабов. Я зайду к вам завтра в полдень, советник, и мы закончим наш разговор. А сейчас прошу меня извинить.
- Думаю, мне больше не посчастливится увидеть нашего друга, - глядя в спину удаляющегося Гидеона, задумчиво произнёс Даррен. - Долину соколов невозможно покорить. Вход в город перекрывает горная гряда, ворота высечены прямо в камне и иного пути нет. Даже дорога в долину создаст принцу немало проблем - она столь узкая, что его армия растянется на многие лиги. Его предок, разбойник Диглан Белобородый попытался взять город с моря, но потерпел поражение. Все, что ему удалось, разрушить часть северной гряды, но Фолленд все ещё защищают неприступные стены. Нет, Талтосу в этот раз не одержать победы.
- Не думаю, что ты прав, - покачал головой Альдо. - Каскадеи тоже считались неприступной крепостью, но они не выдержали и месяца осады. Принц взял сатрапию измором. Что мешает ему повторить это с Фоллендом?
- Они готовы к его удару, да и горы на их стороне. Нет, история Чёрного принца окончена, - Даррен салютующе поднял бокал и осушил его до дна.
Вечер не оправдал надежды Крыса и, проводив Креллингов, он ещё долгое время в задумчивости сидел у камина, размышляя о том, что сулит ему отъезд Гидеона. Как бы ни горько было это признавать, принц Даррен, наверняка, был прав, предсказывая гибель Талтоса. На месте Аластера Крыс позволил бы горцам прикончить Лестера, после чего объявил наследником Гидеона. Мальчишка определённо был рожден для трона, но его свет уже сейчас превзошёл славу Аластера и Крыс понимал отчего владыка так держится за своего никчемного сына. Жизнь Лестера гарантировала жизнь самого Аластера.
Нужно уже сейчас сближаться с Морно, пока Креллинги не ощутили свое превосходство. И сделать это можно было лишь одним способом. Поднявшись в свои покои, Крыс взял со стола ларец с документами, куда днём спрятал поддельное завещание Нуадор Тактимар. Документы, хранящиеся здесь, давали ему абсолютную власть над Королевской равниной, некоторые и вовсе могли изменить судьбу многих стран.
Найдя нужную бумагу, он ещё раз её прочёл, а затем бросил в огонь. Края тотчас начали темнеть, она съежилась и вскоре превратилась в белый пепел. Так собственной рукой и втайне от всего мира советник Холгер Крыс уничтожил возможное будущее целой страны. Не ведая этого сам, наследник Мраморного города раз и навсегда лишился своей короны и даже бог теперь был неспособен вернуть ему престол. И, когда Крыс возвращался домой из Совета, от его дурного настроения не осталось следа. Будущее больше не пугало его. Близилась новая эра, в которой ему предназначалась главная роль.