- Господин, не думаете ли вы, что это мог быть Крыс?
- Нет, - решительно отмел его идею принц. - Натравить Креллингов на Талтосов он мог бы лишь при одном условии - после того, как подписал мирный договор и получил все обещанное золото. А сейчас он не в самом завидном положении. Я бы сказал, ещё в более незавидном, чем я. И я намерен этим воспользоваться.
- Как же, господин?
Но Гидеон промолчал. Он в задумчивости подошёл к окну и выглянул в тёмный проулок. Смерть Даррена открывала перед ним многообещающие перспективы, теперь лишь оставалось правильно ими распорядиться. И сделать это до того, как обо всем узнают Крыс и Аластер.
- Возвращайся к себе и вели передать на корабль, чтобы были готовы к отплытию. Я не стану задерживаться и покину этот город как только Крыс подпишет все бумаги. А сейчас приведи ко мне вчерашнюю девку. Это был очень долгий день.
Наутро Гидеон вновь пришёл в доброе расположение духа и даже не обмолвился словом о вчерашней ссоре с Каллатом. Тщательно одевшись, он щедро расплатился с хозяином Зелёного холма, не пожалев золота и его услужливой дочери, и в компании сира Каллата отправился в Малый дворец.
Крыс уже ожидал его. Как и прежде на просторном балконе был разбит навес, в центре которого сидел советник и пил вино. Гидеон не мог не заметить, как плохо тот выглядит. Бессонная ночь, полная тревог и опасений, не прошла мимо, Крыс казался ещё более осунувшимся и ослабевшим, а левая рука, которую он крепко принижал к животу, заметно дрожала. Трудно было заподозрить в этом человеке могущественного советника Королевской равнины.
- Надеюсь, ваши люди не станут вновь пытаться отобрать у меня оружие? Вы и без того забрали мой кинжал у принца Даррена.
Крыс поморщился. Громкий голос Гидеона лишь усилил его головную боль, да и насмешливый тон мальчишки мог кого угодно вывести из себя. Собрав в кулак остатки самообладания, Крыс выдавил улыбку и жестом пригласил принца занять место рядом с собой.
- Вы совсем не опечалены?
- Чем? - искренне удивился тот. - Едва ли кто-то мог подумать, что этот человек сумел заручиться моим расположением.
- И все же его гибель может иметь для вас неприятные последствия, если правда кинжале кому-нибудь откроется. О нем уже знают принц Альдо и принцесса Сангрида.
Гидеон промолчал. Только теперь он задумался о реакции Сангриды. Разделяет ли она мнение, что он каким-то образом вовлечен в это убийство?
- Если бы я убил принца Даррена, то сделал бы это совсем иным образом. Если мне угодно с кем-то покончить лично, его смерть не бывает лёгкой. И неужели кто-то мог помыслить, что Чёрный принц мог бы забыть своё оружие?
Крыс неопределенно подал плечами.
- Едва ли принц Альдо считает так же. В его присутствии вы не раз оскорбляли принца Даррена, да и ваш интерес к принцессе Айане более, чем очевиден. Вы бы не потерпели соперника.
- Со своими соперниками я встречаюсь на поле боя и там же из и оставляю.
- Оцените иронию, мой друг. Тысячи войн начинались из-за алчности, ревности, похоти, в конце концов. Но эту породили добродетели Сангриды - ее доброта, ум, красота. Об этом должны написать менестрели, вам не кажется?
- Я предпочитаю песни о сражениях и победах, - отрезал Гидеон. - И я с удовольствием послушаю, как в них станут восхвалять мое имя, советник Холгер.
- Вы самоуверенны, мой друг. Я знал таких людей, как вы. И, спешу вас предупредить, все они плохо заканчивали.
- Таких как я нет, - Гидеон самодовольно улыбнулся, - неужели вы позабыли - я Черный принц.
- Вы в полном восторге от собственной фигуры.
- Мы оба с вами не фигуры, Холгер. Мы игроки, и задаем правила игры. И мои победы тому подтверждение. Вы говорите о войне, но мы оба знаем, что для неё ещё не пришло время. Сейчас мы подпишем мирный договор, но настанет день, когда мы с вами встретимся вновь и продолжим этот разговор, - Гидеон вынул из складок походного плаща крепко стянутый лентой свиток. - Подпишите.
И Крыс подчинился. Сила, исходящая от мальчишки, поработила его волю, он был точно одержимый. Стоило Чёрному принцу перевести взгляд на соглашение, Крыс очнулся. Произошедшее напугало его так сильно, что, несмотря на страшную духоту, он ощутил пробежавший по спине холодок.
- Не знаю, стоит ли вам желать удачи в Фолленде, - произнёс он, - но мне было бы интересно встретиться с вам вновь.