- Госпожа моя, правильно ли я вас понял?
- Да. Жизнь в городе вдов научила меня всегда говорить правду, сколь бы предосудительно она бы ни звучала. Я была счастлива, живя на Черном острове, и лишь одно отравляло мое существование – мой супруг. Как бы добр он ко мне ни был, мое сердце никогда не принадлежало ему. Я жила сожалениями. Видеть вас было нестерпимо, ведь каждый раз я неизменно представляла, как бы счастлива была, выбери отец не наследника, а вас в качестве моего мужа. О том же я думала и по ночам. Простите, что смущаю вас своими речами.
- Отнюдь! – Лестер порывисто вскочил на ноги. Он во все глаза уставился на Айану, не смея поверить, что их мысли и желания столь схожи. Мечты, вынашиваемые им годами, наконец, стали исполняться. Он и в самом деле заменял Дована. Заменял буквально во всем. Стараясь скрыть охватившее его ликование, Лестер вцепился пальцам в узел шелкового кушака. – Госпожа, могу ли я быть более счастлив, чем теперь, когда узнал, что вы питаете ко мне ответные чувства? О большем я и мечтать не смел. Все, на что я надеялся, обрести в вас свою дорогую сестру и выдавать за братскую любовь желание видеть в себе вашего супруга.
- Супруга? – слабым голосом произнесла Айана. Она даже не осмеяла надеяться, что путь к нерелийсскому престолу окажется настолько простым.
- Если вы только согласитесь.
- Соглашусь ли я? Лестер, неужели хотя бы одна женщина в мире, зная вас, могла бы отказаться от подобного предложения? Безусловно, я стану вашей женой.
Не веря собственному счастью, Лестер осторожно коснулся губами губ Айаны, но почти сразу же отстранился, сам не понимая, отчего он это делает. Хотя все, о чем он мечтал на протяжении нескольких лет, наконец-то воплощалось в жизнь, он не верил происходящему. Ни тому, как легко оказалось обмануть Аластера, ни обещаниям Гидеона ни, тем более, чувствам Айаны. Та смотрела на него растерянным взглядом, недоумевая, чем вызвана подобная реакция на поцелуй, и, впервые за все время, Лестеру в голову пришла мысль, что он отнюдь не избранник судьбы, а жалкая шестеренка в руках других. Перестань, - мысленно отдернул он сам себя и вновь улыбнулся пеллийке.
- Мы уезжаем сегодня же? – спросила она.
- Нет, моя дорогая, к сожалению, с этим придется повременить. Прежде, чем вы вернетесь в Нерелиссу на правах моей невесты, я должен взойти на престол.
- А что насчет Гидеона?
- Вам не стоит о нем беспокоиться. Он отправится следом за моим отцом. Нашим с ним отцом, если быть точным. Я кое-что узнал о его происхождении, и, как бы полезен он ни был, угроза, исходящая от первенца владыки куда сильнее моих родственных чувств. Я не верю его обещаниям передать мне престол после смерти Аластера, но я уже позаботился о том, чтобы он ушел в землю первым. Прямо сейчас мои доверенные люди распространяют по Нерелиссе слух, что Гидеон уцелел и вернется ради мести. Я знаю своего отца – он до потери сознания боится за свою жизнь и престол. Будь я проклят, если он не отдаст приказ о немедленном уничтожении брата, как только этот слух достигнет его ушей.
- Но не помешает ли это смерти Аластера? – осторожно спросила Айана. Лестер улыбнулся.
- Вам не о чем беспокоиться. Гидеон осмотрителен. Если его убьют, то уже после того, как он покончит с владыкой. Впрочем, даже если этого не произойдет, я найду способ устранить отца самостоятельно. Верьте в меня госпожа, и уже к осени вы взойдете на престол.
- Мой король! Но что же помешает ему расправиться с вами, если до Гидеона дойдет слух о готовящемся покушении?
- Не беспокойтесь, - улыбнулся Лестер. - На наше счастье я знаю Черного принца гораздо лучше своего отца. Я обо всем позаботился. Я обещаю вам безопасность, свою любовь и корону Нерелиссы. И будь я проклят, если не выполню это обещание. Я слишком долго мечтал об этом дне, моя дорогая, о короне, свободе от Гидеона и отца. О вас, в конце концов. Я не выпущу желаемого из своих рук, даже если это значит обречь себя на смерть. Разве малейший шанс на величие не стоит всех жертв? Разве вы не готовы рискнуть всем, чтобы покинуть Вдовий дол?
И Айана сдалась. Как бы сильны ни были ее опасения, что бы ни говорил ей внутренний голос, Лестер был прав — жизнь в Доле, долгая и размеренная, была куда менее ценной, чем краткий миг правления. Шанс на миг правления. Отойдя к иллюминатору, она взглянула на бедный порт и хлипкие домики, а затем ее взгляд скользнул чуть правее, туда, где за скальным выступом скрывался Вдовий дол. Теперь, когда долгожданное освобождение было столь близким, Айана испытывала странную грусть при мысли, что никогда уже не вернется сюда. Хотя она не была готова это признать, за месяцы пребывания в Вайсе она успела прикипеть сердцем к этому месту. Она не представляла, что совсем скоро Киб, Саяра и Амата останутся всего лишь воспоминаниями, ярким невероятным проблеском в блистательной жизни Черной королевы.