- Сонюшка, - обратилась она ласково к дочери, - будь помягче с Овиком, улыбайся. Он все-таки теперь тебе, как отец.
Девушка не скрывая удивления ответила:
- Значит девятнадцать лет он мне не был отцом, а на двадцатый на тебе?
- Соня, он нас приютил. Разве тебе не нравится жить в таком большом доме?
- Мама, что значит приютил? Мы что бездомные были? - Соня все больше удивлялась поведению матери.
- Можно и так сказать, - резко ответила Светлана. - Прошу тебя, постарайся быть милой с отчимом. - добавила она уже мягче.
- Я не понимаю, что должна делать? Я ему слова плохого не сказала, хотя могла бы, он меня уже не раз задевает!
Светлана притихла, она прекрасно понимала, что дочь права, к повадкам нового мужа тяжело привыкнуть.
- Когда он уже запомнит наши имена? - продолжала гнуть свою линию Соня. - Тебя зовут не Эй- Иди Сюда, а меня не Эй — Как Тебя Там!
- В этом нет ничего страшного, - отвечала ей мать.
- Он ест как свинья!
- В этом тоже нет ничего ужасного.
- Он не моет руки перед едой и берет грязными руками из общей тарелки!
- И к этому можно привыкнуть.
Соня поняла, что у матери на все один ответ.
- Понятно. Лучше бы я осталась в общежитии, - с сожалением заключила Соня.
- Ладно, - примиряюще произнесла Светлана, - Овик не блещет изысканностью манер, но человек он хороший, не смотри на него волком. Он видит твое отношение и ему неприятно. Соня, Овик мой муж, мы живем в его доме и он тут хозяин. Ты еще молодая, не поймешь, но он нам нужен. Давай ты постараешься быть с ним милой?
Соня неохотно кивнула вместо ответа и печальная побрела на остановку.
Еще десять лет назад, сказал бы кто Светлане, что она свяжет свою судьбу с нелюбимым, противным сердцу мужчиной - она бы не поверила, рассмеялась. Но жизнь заставит. Жаль Соня ее не понимает. Не правильно, судя по всему, Светлана ее воспитывала, слишком много в Соне высокомерного, непримиримого к грубому и простому. Надо было ее готовить к реальной жизни, где вместо принца на белом коне - хамоватый армянин, а вместо драконов - коллекторы.
Глава 3
Единственное, что интересовало Соню — это ботаника. Она потому и выбрала кафедру биологии, чтоб изучать любимые пестики и тычинки. Как ни странно, но стоит заметить, что в этом мезальянсе между матерью и мужланом был огромный плюс — изобилие растений. Кроме виноградников и яблонь, возле дома росли вишни, черешни, персик и прочие фруктовые деревья; росли кусты малины, крыжовника, смородины; за домом в тени стелилась ярко-зелеными листьями клубника, а на лугах у дома Соня могла пропадать до ночи, собирая душистые травы для своего гербария.
Однажды в самый разгар лета, она зашла достаточно далеко, в поисках какого-то редко цветущего бурьяна, плутала по лугу, пока не почувствовала, как солнце прожигает насквозь голову. В глазах скакали белые мошки, слились воедино и ослепили. Соня медленно оседала на землю, ее мутило, она прилегла в высокой густой траве. Солнце беспощадно жарило луг, трещали сверчки, мимо пролетали огромные жуки и больно бились о голову.
"Глотнуть бы воды", - подумала Соня. И почему нельзя было взять бутылочку с собой по такой-то жаре, она, к сожалению, слишком поздно осознала глупость.
Ещё одно жужжащее насекомое приземлился на голову, Соня отмахнулась. Внезапно солнце скрыла тень, небо по прежнему было ясным, ни облачка, ни тучки, а голова Сони оказалась в спасительной тени. Зашуршала трава и появился он - гигант из виноградника. Девушка попыталась привстать, но с трудом могла даже голову поднять.
- Воды, - жалобно прошептала она пересохшими губами.
Мужчина склонился над ней, внимательно осмотрел и осторожно взял на руки. Он донес ее до самого дома, по дороге не проронив ни слова. Соня сквозь приоткрытые веки посматривала на него снизу вверх, боялась открыть полностью глаза и встретиться взглядом с интересным мужчиной. Гигант нес ее, словно ребенка, бережно привлек к сердцу. К Соне никогда не прикасался мужчина. Она со школы усвоила — все мальчики дураки, ведутся на внешность, а Соня, на счет своей внешности иллюзий не строила, поэтому близко к себе никого не подпускала.
Он был действительно гигант, ему ничего не стоило донести до дома десять таких Сонь. Его широченная грудь, будто из камня, в руках могучая сила. Ему в пору не садовником работать, а в цирке слонами жонглировать.
Мужчина внёс девушку в комнату, бережно сгрузил на диван. Из кухни выбежала Назик, всплеснула руками и что-то спросила на армянском. Садовник ей коротко ответил на том же языке, он больше не взглянул ни разу на лежавшую перед ним особу, молча развернулся и ушел.