Они больше часа бродили по улицам и разговаривали. Миша с удивлением заметил, что Квакша может не только под нос себе бубнить, что она и улыбаться умеет, и чувство юмора у нее наличествует. Да и внешность у нее совсем даже не отталкивающая, просто своеобразная.
Около восьми часов Белла робким голосом, потупив взор, предложила парню зайти к ней в гости. Благо оказались подростки недалеко от ее дома. Столь же робким голосом она сообщила, что бабушки дома нет, уехала на пару дней в сад, помогать подруге с весенними посадками. И кинула на Мишу такой красноречивый взгляд, что он без лишних объяснений все понял.
Там, в просторном жилище Веры Ивановны, и случилась та неожиданная неприятность, с которой часто сталкиваются подростки, вознамерившиеся лишить друг друга девственности. Болезненные попытки, одна за другой. Неловкость и смущение, страх и слезы. Закончилось тем, что растерянный и отчаявшийся Миша просто-напросто оторвался от Беллы и сбежал из квартиры, позабыв надеть носки и так и не осознав, по причине своей неопытности, что своей цели он-таки добился…
Уже много позже, анализируя неловкую и глупую ситуацию с высоты накопленного опыта интимной жизни, парень легко нашел объяснение случившемуся. С одной стороны, бьющая из его подростковых ушей гиперсексуальность в сочетании с неумелостью и элементарной безграмотностью. С другой стороны — физиологическая неготовность партнерши к таким смелым экспериментам. Ну рано было девятикласснице Белле Квашниной переходить на новый уровень сексуального развития! Просто рано.
Нельзя сказать, что история эта наложила тяжелый отпечаток на психику Михаила Светлова. Уже через месяц он все же добился желаемого от Алены, и все произошло просто и без напрягов. Потом были другие девушки. Их могло быть и еще больше, но парень всерьез занялся спортом, и силы после тренировок оставалось не так уж и много. Миша жил полноценной жизнью, после школы поступил в юридическую академию, окончил ее в прошлом году и в настоящее время работал в органах дознания.
Ни один мужик не станет рассказывать, что у него когда-либо случались трудности в интимных отношениях с женщиной. Не был исключением и Миша. Он бы тоже ничего подобного не рассказал коллегам, если бы история эта случилась с ним лет в двадцать. Но подростковые приключения — это другое. О них вспоминать не стыдно. Ибо кто из нас в пятнадцать лет не влетал в преглупейшие ситуации?..
— С тех пор я ее не видел, — вздохнул Светлов. — Хотя нет, пару раз все же встречал. До окончания девятого класса нам тогда оставалось всего две недели. Она в школу не ходила, а учителя откуда-то взяли, что она болеет. Появилась только на двух контрольных и на одном экзамене. На вручении аттестатов я ее тоже не припомню…
— Не общался с ней? — спросил Волков.
— Нет. Она в мою сторону даже не смотрела. Думаю, если бы я к ней приблизился, она бы сразу же убежала. Да мне и самому не очень-то хотелось. Как-то стремно было.
— Ну что ж, вот и причина, по которой Квашнина перевелась в другую школу, — удовлетворенно констатировал Сергей. — Не хотелось ей с тобой пересекаться каждый день. А может, и не только с тобой. Кто-то еще знал о вашей… попытке?
На круглом лице Светлова сначала промелькнуло смущение, а потом решительная обреченность. Дескать, если уж рассказывать, так все подчистую.
— Поначалу никто не знал. Как бы резона не было о таком говорить. А потом у меня отношения завязались с Аленкой, до зимы мы с ней встречались, а в ноябре поссорились и расстались. Поссорились очень жестко, орали друг на друга… Она, кретинка, меня в неблагодарности упрекала. Типа, она меня мужчиной сделала и мне свою девственность отдала, а я не ценю. Вот я ей и высказал, что мужчиной меня не она сделала. Очень приятно мне было видеть, как у нее лицо поползло от удивления и возмущения. Ну как же, она ж себя самой крутой телкой считала, и вдруг парень изменяет ей с какой-то ниочемной Беллой… Она в меня буквально вцепиться готова была от злости.
— Да, можно представить, — кивнул Сергей. — Она бы и в Квашнину вцепилась, если бы та в вашем классе осталась. Ты с Аленой не виделся после школы?
— Нет. По слухам, она уехала куда-то на юг.
— Ладно, мужики, давайте по последней, — предложил Черновский, разливая водку в пластмассовые рюмки. — Я надеюсь, вы не собираетесь эту Мхитарову разыскивать?
— Нет, а на фига? — поинтересовался Сафронов. — Мне вообще кажется, что мы слишком углубились в личность Беллы Квашниной. Она кто? Она жертва маньяка, одна из четырех. Так какого рожна мы в ее биографии копаемся?