У женщины тонкие седые волосы, причёсанные прямо назад от лба в довольно строгом стиле, заправлены за уши и не доходят до плеч. Одетая в чёрные кожаные сапоги, длинное чёрное шерстяное пальто с подходящим шарфом, обёрнутым вокруг шеи и подчёркивающим линию подбородка и невозмутимое лицо, кожа бледная, глаза скрыты за большими круглыми солнцезащитными очками с чёрными, как уголь, стёклами, — она похожа на переместившуюся не в своё время и постаревшую манекенщицу шестидесятых. Гибкая и тонкая до степени некоторой изнурённости, она стоит неподвижно, точно статуя, руки по швам. В одной — небольшой револьвер.
— Я остановился в шале неподалёку отсюда, — объясняет Марк. — Я пошёл погулять в лес и я... — Его взгляд падает на револьвер, и кишки сжимаются. Он неуверенно делает шаг назад. — Мне нехорошо, я — я запутался. Прости.
— Вы заблудились? — Её голос уже менее тревожен, почти добр. — Это так? Вы заблудились?
Пожалуйста, убери пистолет, думает он. Не заставляй меня отобрать его у тебя.
Женщина будто читает его мысли — осанка расслабляется, и она не торопясь движется ближе, каблуки цокают по камню. — Прошу прощения за пистолет, — говорит она. — Но не каждый день незнакомый мне мужчина выскакивает из леса, будто за ним гонится свора псов преисподней, и падает у меня во дворе. Не говоря о том, что женщина одна в этих краях — особенно такая, как я, — должна быть осторожна.
— Я не хотел пугать вас.
— Я не испугана.
— Я просто...
— Заблудились? — снова произносит она, лёгкая улыбка поджимает тонкие губы.
Марк кивает. — Я долго здесь?
Она не отвечает сразу. Возможно, взвешивает искренность его вопроса — но за скрытыми глазами он не может судить об этом. — Я наблюдала за вами минуту-другую, прежде чем вышла. Я видела, как вы упали, — вы упали очень сильно. Вы уверены, что не пострадали?
Он мельком осматривает себя. — Я не пострадал.
— Вы сказали, что вам нехорошо.
Он пожимает плечами. — Немного кружится голова.
— Как вас зовут?
— Марк.
— Я Уилма. Уилма Мэллой.
Он через силу улыбается. Теперь они так редко приходят сами. — Простите, мисс Мэллой, я —
— Уилма — достаточно. Могу я кого-нибудь позвать вам на помощь, Марк?
— Позвать кого-нибудь?
— Вы наверняка здесь не совсем один.
Внезапный порыв ветра — холодный и резкий — вырывается из деревьев, врывается в двор и пронизывает их обоих. Они разом смотрят на лес.
— Приближается ещё один шторм. — Уилма вздыхает. — Скоро.
Нет, говорят ему шёпоты. Он уже здесь.
Шесть
Марк выходит из машины, игнорируя инстинкты, и движется к мужчине в аллее. До него ещё метров шесть-восемь, лицо по-прежнему скрыто в тени: заходящее солнце за его спиной опускается всё ниже. Марк собирается спросить мужчину, чем может помочь, когда его мобильный начинает вибрировать. Марк выхватывает телефон с пояса и бросает взгляд на дисплей.
~Скрытый номер~
Обычно он проигнорировал бы такой звонок, но что-то говорит ему: ответь. У него странное ощущение, что в эту минуту быть на связи с другим живым человеком — хорошая идея. Он поднимает палец, давая знак: с вами сейчас, — и отвечает на вызов. — Да?
Пустое шипение...
— Алло?
Линия щёлкает и обрывается.
Он держит телефон подальше от тела — будто в надежде, что тот как-нибудь сам объяснится. Пожав плечами, возвращает его на пояс и смотрит на мужчину в аллее. Тот переместился ближе, сократив расстояние между ними, и теперь виден более отчётливо. Голова его слегка опущена; кажется, он смотрит на асфальт. — Привет, — говорит Марк. — Я могу вам чем-то помочь?
— Никакой судьбы нет, — отвечает мужчина монотонно, — которую не превозмогло бы презрение.
Растерянный, Марк останавливается. — Простите? — Но даже тогда, хотя он не уверен, что расслышал мужчину правильно, — и даже задним числом сомневается, произнёс ли тот что-то вообще, — слова несут смысл. Он знает это, хочет поставить это под сомнение — ему необходимо это поставить под сомнение, — и всё же в каком-то первобытном смысле чувствует, что понимает. Он не может этого объяснить, но фраза смутно знакома и пробуждает эмоции — одновременно озадачивающие и пугающие. И она что-то меняет в нём. Он чувствует, как это просыпается. Живое... смещающееся... движущееся...
Нечто ужасающее...
Когда мужчина поднимает голову, тени расступаются, открывая его глаза и лицо, — и именно тогда Марк понимает: ему не следовало выходить из машины.