— Да, но… вряд ли она могла наткнуться прямо на Вольдеморта? — засомневался Гарри.
— Слушай, я хорошо знаю Берту, — суровым тоном ответил Сириус. — Она училась в «Хогварце» одновременно со мной, на пару-тройку лет старше, чем мы с твоим отцом. Она была настоящая идиотка. Жутко любопытная, но совершенно безмозглая, совершенно. Это страшное сочетание, Гарри. Я бы сказал, что заманить её в ловушку ничего не стоило.
— Значит… Вольдеморт мог узнать про Турнир? — сказал Гарри. — Ты это имеешь в виду? Думаешь, Каркаров здесь по его приказу?
— Не знаю, — задумался Сириус, — просто не знаю… По моим представлениям, Каркаров не из тех, кто снова примкнул бы к Вольдеморту, не будучи убеждён, что тот достаточно силён, чтобы защитить его. И всё же, кто бы не поместил твою заявку в чашу, он сделал это не случайно. Я не могу избавиться от мысли, что Турнир — очень хороший способ напасть на тебя и выдать всё за несчастный случай.
— На мой взгляд, это безупречный план, — бесцветным голосом произнёс Гарри. — Им всего-навсего нужно будет отойти в сторонку и подождать, пока дракон меня прикончит.
— Кстати — о драконах, — заторопился Сириус. — Есть хороший способ, Гарри. Не пытайся использовать сногсшибальное заклятие — драконы очень сильные и обладают слишком мощной магической силой, чтобы с ними можно было в одиночку справиться с помощью сногсшибателя. Чтобы повалить дракона, нужно полдюжины колдунов…
— Да, я знаю, только что видел, — кивнул Гарри.
— Но ты сможешь справиться и один, — продолжил Сириус, — есть хороший способ, и тебе понадобится одно-единственное простое заклинание. Надо просто…
Но Гарри вытянул вперёд руку, призывая Сириуса замолчать. Сердце громко забилось, вырываясь из груди — он услышал шаги. Кто-то спускался сверху по винтовой лестнице.
— Уходи! — зашипел он Сириусу. — Уходи скорей! Кто-то идёт!
Гарри неловко вскочил, закрывая собой камин — если кто-нибудь увидит Сириуса, поднимется страшная паника — приедут представители министерства — его, Гарри, начнут допрашивать о местонахождении Сириуса…
Гарри услышал позади себя еле слышное «хлоп» и понял, что Сириус исчез. Он уставился на подножие лестницы — кому это пришло в голову прогуляться среди ночи? И к тому же не дать Сириусу рассказать, как пройти мимо дракона?
Это оказался Рон в пёстрой бордовой пижаме. Увидев на другом конце комнаты Гарри, он замер как вкопанный и огляделся по сторонам.
— С кем это ты разговаривал? — спросил он.
— А тебе какое дело? — взъерепенился Гарри. — Ты-то что здесь делаешь среди ночи?
— Я просто испугался, куда ты… — Рон оборвал сам себя и пожал плечами. — Ничего я не делаю. Спать иду.
— Хотел немножко пошпионить? — накинулся на него Гарри. Он знал, что Рон не имел ни малейшего представления, какую сцену он на самом деле застал, знал, что Рон сделал это не нарочно, но ему было наплевать — в этот момент он ненавидел в Роне всё, вплоть до нескольких дюймов голых ног, высовывающихся из пижамных штанов.
— Извини, — Рон покраснел от гнева. — Мне следовало знать, что тебя нельзя тревожить. Надо же тебе спокойно подготовиться к следующему интервью.
Гарри схватил со стола один из значков «ПОТТЕР — ЖУТКАЯ ВОНЮЧКА» и со всей силы швырнул им в Рона. Значок ударился ему в лоб и отскочил.
— Вот так, — удовлетворённо выдохнул Гарри. — Наденешь это во вторник. А может, у тебя даже шрам появится, если повезёт… ты же этого хочешь, да?
Он бросился через гостиную к лестнице; он почти что ждал, что Рон остановит его, ему даже хотелось, чтобы Рон его треснул, но тот в пижаме, которая была ему мала, стоял неподвижно, и Гарри, вихрем промчавшись по лестнице, долго-долго лежал потом в кровати и кипел от ярости, но так и не услышал, чтобы Рон поднимался в спальню.
Глава 20. ПЕРВОЕ СОСТЯЗАНИЕ
Поднявшись с постели утром в воскресенье, Гарри начал одеваться. Делал он это крайне невнимательно и отнюдь не сразу сообразил, что пытается натянуть на ногу шляпу вместо носка. Потом, пристроив наконец все детали одежды на соответствующие части тела, он поскорее побежал искать Гермиону и обнаружил её в Большом зале за гриффиндорским столом, где она завтракала вместе с Джинни. Гарри подташнивало, и есть он не стал, а просто сидел и дожидался, когда Гермиона отправит в рот последнюю ложку овсянки, после чего утащил её во двор на очередную прогулку вокруг озера. Там он рассказал ей и о драконах, и о разговоре с Сириусом.
Хотя известие о предполагаемых намерениях Каркарова очень сильно встревожило Гермиону, она тем не менее считала, что первоочередной проблемой являются драконы.
— Давай пока что сосредоточимся на том, чтобы во вторник к вечеру ты был ещё жив, — в волнении воскликнула она, — а уж потом будем думать о Каркарове.
Они трижды обошли вокруг озера и всю дорогу старались придумать простое заклинание, которое может утихомирить дракона. В голову ничего не приходило, и тогда они отправились в библиотеку. Гарри притащил все книги по драконоведению, какие только смог отыскать, сложил их в высоченную стопку, и они с Гермионой приступили к работе.
— Заклинания для стрижки когтей… лечение чешуйчатой гнили… это всё не то, это для психов вроде Огрида, которые заботятся об их здоровье…
— Сразить дракона крайне трудно из-за сильнейшего древнего волшебства, пропитывающего его толстый панцирь, проникнуть под который могут лишь очень мощные заклятия… а Сириус сказал: «простое»…
— Давай тогда посмотрим учебники простейших заклинаний, — предложил Гарри, отбросив в сторону «Людей, которые слишком сильно любили драконов».
Он принёс новую стопку литературы, поставил на стол и начал листать все книги по очереди. Над ухом у него безостановочно бормотала Гермиона: «Есть, конечно, оборотные заклятия… но что от них толку? Разве что заменить зубы на винную жвачку или что-нибудь в этом роде, тогда он станет не такой опасный… беда в том, что — как сказано в той книге — мало что способно проникнуть под панцирь… лучше бы всего превратить его во что-нибудь, но… они такие огромные… это безнадёжно… сомневаюсь, чтобы даже профессор МакГонаголл… если только не имеется в виду, что ты сам должен превратиться? Чтобы придать себе дополнительную колдовскую силу? Но это вовсе не простые заклинания, я хочу сказать, мы их не проходили, я о них знаю только потому, что пробовала выполнить тесты на С.О.В.У…»
— Гермиона, — сквозь зубы попросил Гарри, — помолчи, пожалуйста, ладно? Мне надо сосредоточиться.
Но, когда она замолчала, произошло только то, что его голова наполнилась ровным и бессмысленным гулом, не дававшим сосредоточиться. Он безнадёжно водил пальцем по оглавлению брошюрки под названием «Некогда, а от злости корчит? Скорая эффективная порча»: мгновенное оскальирование… у драконов нет волос… перечное дыхание… от этого только огневая мощь усилится… язык-рог… ещё чего не хватало, дать ему дополнительное оружие…
— О, нет, только не это!… Неужели нельзя почитать на своём дурацком корабле? — раздражённо воскликнула Гермиона. В библиотеку только что неуклюже вошёл Виктор Крум. Он бросил на ребят мрачный згляд и уселся в дальнем углу над стопкой книг. — Пойдём отсюда, Гарри, давай вернёмся в гостиную… сюда сейчас придут его фанатки… как начнут щебетать…
И правда — когда они выходили из библиотеки, мимо на цыпочках прошествовала стайка девиц в болгарских шарфах, повязанных вокруг талии.
Ночью Гарри почти не спал. Проснувшись в понедельник утром, он — первый раз за всё время — всерьёз подумал о том, чтобы убежать из «Хогварца», но, тоскливо вбирая глазами обстановку Большого зала во время завтрака, представил себе, каково ему будет, если он покинет замок, и понял, что не сможет этого сделать. Это же единственное место на земле, где он чувствует себя счастливым… ну, с родителями ему, конечно, в своё время тоже было очень хорошо, но этого он не помнит.
Почему-то, осознание того, что лучше остаться здесь и драться с драконом, чем вернуться на Бирючиновую аллею, очень помогло, даже успокоило. Гарри с трудом впихнул в себя остатки бекона (горло почему-то отказывалось нормально функционировать), после чего, встав из-за стола одновременно с Гермионой, увидел Седрика, покидающего стол «Хуффльпуффа».