— Интересный эффект, — заметил Джордж, поглядев на Краббе. — Кто воспользовался Фурнункульным заклятием?
— Я, — сказал Гарри.
— Странно, — небрежно проговорил Джордж. — Я-то использовал Ватноножное. Похоже, они не сочетаются. Смотри, у него по всей морде повелезали какие-то мелкие щупальца. Ладно, давайте их куда-нибудь выкатим, чтобы интерьер не портили.
Рон, Гарри и Джордж, пиная и толкая, выкатили неподвижные тела Малфоя, Краббе и Гойла — каждый из которых служил ужасающей иллюстрацией действия несочетаемых заклятий — в коридор, а потом вернулись в купе и закрыли за собой дверь.
— Перекинемся в картишки? — Фред достал колоду взрывающихся карт.
В середине пятой игры Гарри вдруг решил задать близнецам вопрос.
— Так вы нам скажете или нет? — обратился он к Джорджу. — Кого вы шантажировали?
— Ох, — вздохнул Джордж. — Ты об этом.
— Какая разница, — нетерпеливо замотал головой Фред. — Это ерунда, неважно. Сейчас, по крайней мере.
— Всё равно мы потеряли надежду, — пожал плечами Джордж.
Но Гарри, Рон и Гермиона не отставали, и в конце концов Фред сдался:
— Ну, ладно, ладно, раз вам так уж надо знать… это был Людо Шульман…
— Шульман? — вскинулся Гарри. — Вы хотите сказать, что он имеет отношение к…
— Не-а, — мрачно процедил Джордж. — Ничего подобного. У этого дурака на такое мозгов бы не хватило.
— А что же тогда? — спросил Рон.
Фред поколебался, а потом сказал:
— Помните, мы делали ставки на финале кубка? Что выиграет Ирландия, но Проныру поймает Крум?
— Да, — хором ответили Гарри и Рон.
— Так вот, этот тип заплатил нам непречёмовым золотом.
— И?…
— И, — раздражённо бросил Фред, — оно испарилось, понятно? На следующее утро его уже не было!
— Но… это же, наверно, случайность? — осторожно предположила Гермиона.
Джордж невесело рассмеялся.
— Да, мы тоже так думали. Сначала. Думали, когда мы ему напишем, и он узнает, что ошибся, то поперхнётся от неожиданности. И что же вы думаете? Ничуть не бывало. Он даже не ответил на письмо. Потом, когда он бывал в «Хогварце», мы всё хотели поговорить с ним об этом, но он всякий раз исхитрялся улизнуть.
— Кончилось тем, что он вообще на нас наехал, — добавил Фред. — Заявил, что мы «малы ещё, чтобы играть на деньги» и что он нам денег не отдаст.
— Тогда мы попросили, чтобы он хотя бы отдал нашу ставку, — продолжал Джордж, с каждой секундой мрачнея.
— Не может быть, чтобы он отказал! — ахнула Гермиона.
— Как же, как же, — сказал Фред.
— Но это же были все ваши сбережения! — воскликнул Рон.
— Это ты нам говоришь? — отозвался Джордж. — Мы в конце концов выяснили, в чём дело. С папой Ли Джордана была такая же история, он тоже не мог получить с Шульмана денег. Ну, и оказалось, что Шульман попал в жуткую историю с гоблинами. Назанимал у них кучу денег. После финального матча они его прижали целой толпой, в лесу, и забрали всё, что у него с собой было, но и этого не хватило, чтобы покрыть долги. Гоблины проследили за ним до «Хогварца» и потом не давали ему скрыться. Он проиграл всё до последнего нута. А знаете, как этот идиот собирался расплатиться с гоблинами?
— Как? — спросил Гарри.
— Он поставил на тебя, дружок, — объяснил Фред. — Поставил крупную сумму, что ты выиграешь Турнир. Держал пари с гоблинами.
— Так вот почему он всё время предлагал мне помощь! — наконец понял Гарри. — Ну так… я выиграл. Теперь он отдаст вам, что должен!
— Ничего подобного, — сказал Джордж, отрицательно качая головой. — Гоблины его тоже обманули. Сказали, что ты выиграл пополам с Диггори, а Шульман ставил, что ты выиграешь сам по себе. Шульману ничего оставалось, кроме как сбежать. Что он и сделал сразу после третьего состязания.
Джордж глубоко вздохнул и начал снова сдавать карты.
Остаток пути ребята провели весьма приятно; Гарри даже захотелось, чтобы всё это длилось вечно и чтобы они никогда не приезжали на Кингс-Кросс… только, как он уже выяснил в этом году, время никогда не замедляет свой бег, если впереди тебя ждёт что-то неприятное, и поэтому скоро, ох, как скоро, поезд начал притормаживать у платформы девять три четверти. В коридорах образовалась обычная шумная кутерьма, школьники выгружали свои вещи. Рон и Гермиона кое-как перетащили сундуки через Малфоя, Краббе и Гойла.
Но Гарри остался в купе.
— Фред… Джордж… подождите минутку.
Близнецы обернулись. Гарри открыл сундук и достал оттуда свой выигрыш.
— Возьмите, — и он сунул мешочек в руки Джорджу.
— Что?! — оторопел Фред.
— Возьмите, — решительно повторил Гарри. — Возьмите себе. Это на ваши изобретения. На хохмазин.
— Он и впрямь псих, — проговорил Фред, чуть ли не в молитвенном благоговении.
— Послушайте, — твёрдо сказал Гарри. — Если вы не возьмёте эти деньги, я спущу их в унитаз. Я их не хочу, они мне не нужны. А вот повеселиться мне не повредило бы. Как и всем остальным. У меня такое чувство, что в ближайшем будущем нам это ой как понадобится.
— Гарри, — ослабевшим голосом пролепетал Джордж, взвешивая в руках мешочек, — это же тысяча галлеонов.
— Совершенно верно, — усмехнулся Гарри. — Только подумай, сколько тут канарейских конфеток.
Близнецы молча смотрели на него.
— Только маме не говорите, где вы их взяли… хотя, если подумать, она, может быть, уже не будет так настаивать, чтобы вы шли работать в министерство…
— Гарри, — начал было Фред, но Гарри уже достал волшебную палочку.
— Знаете что, — ровным голосом сказал он, — берите, а то я вас прокляну. Я за последнее время кое-чему научился. И ещё, сделайте мне одно одолжение, ладно? Купите Рону новую парадную робу и скажите, что это от вас.
Он вышел из купе раньше, чем близенцы успели что-то сказать, перешагнув через покрытых отметинами заклятий Малфоя, Краббе и Гойла, по-прежнему валявшихся на полу.
Дядя Вернон ждал его за барьером. Миссис Уэсли стояла неподалёку. Она крепко обняла Гарри и прошептала ему в ухо:
— Думаю, Думбльдор позволит тебе к нам приехать — попозже. Пиши нам, Гарри.
— До встречи, Гарри! — Рон хлопнул Гарри по спине.
— Пока, Гарри! — сказала Гермиона и сделала нечто такое, чего не делала никогда раньше поцеловала Гарри в щёку.
— Гарри… спасибо, — тихонько пробормотал Фред. Стоявший рядом Джордж усиленно закивал.
Гарри подмигнул им, повернулся к дяде Вернону и молча пошёл вслед за ним к выходу. Сейчас-то о чём беспокоиться, пока ещё не о чем, думал он, забираясь на заднее сидение дурслеевской машины.
Как сказал Огрид, что будет, то будет… а наше дело — достойно это встретить.
ГАРРИ ПОТТЕР И ОРДЕН ФЕНИКСА
Глава 1. Дадли досталось
Самый пока что жаркий день знойного лета клонился к вечеру, и большие прямоугольные дома Тисовой улицы окутывала сонная тишина. Машины, обычно сверкавшие чистотой, стояли пыльные, а лужайки были уже не изумрудно-зелёными, а иссохшими, желтоватыми: из-за нехватки воды жителям запретили пользоваться шлангами. Лишённые таких важных занятий, как мытьё машин и стрижка газонов, обитатели Тисовой сидели по комнатам, где было чуть прохладней, широко распахнув окна в несбыточной надежде на освежающее дуновение. Единственным, кто не находился дома, был подросток, лежавший лицом вверх на цветочной клумбе у дома номер четыре.
Это был худой, черноволосый парнишка в очках, чуть болезненный и угловатый на вид, — посмотришь, и сразу ясно, что он сильно вытянулся за короткое время. Джинсы рваные и грязные, футболка мешковатая и выцветшая, кроссовки скоро запросят каши. Одним словом, наружность Гарри Поттера не красила его в глазах соседей, которые считали, что нерях надо отдавать под суд. Но нынешним вечером, укрытый под большим кустом гортензии, он был совершенно невидим для прохожих. Обнаружить его могли только дядя Вернон или тётя Петунья, если бы кому-нибудь из них вздумалось высунуть голову из окна гостиной и поглядеть вниз — на клумбу.
В целом Гарри был доволен этим укрытием. Лежать на твёрдой, горячей земле было, может, и не очень удобно, зато никто не испепелял его взглядом, не скрипел зубами так, что теленовостей не услышишь, и не забрасывал его гадкими вопросами, как случалось всякий раз, когда он садился в гостиной перед экраном вместе с дядей и тётей.