— Оригинально вы ее спасали! — каркнула леди Оливия. — В компании двух короедов?! Весь Солейл кричал о том, что именно элвилинская волшба была причиной трагедии! Не думайте, что я слепа и глуха, вы, мальчишка! Да если бы не наше выгодное соседство с епископом и некоторая сумма, которую из меня вытянула эта остроухая аферистка, эта история расползлась бы по городу быстрее пожара!
— О чем это ты? — Хельга удивленно вытаращилась на мать.
— Леди Иса, — выплюнула Оливия. — Обещала посодействовать возвращению и не болтать на каждом углу, где прячется моя дочь. И мне пришлось покупать ее духи! Хорошо хоть письмо согласилась передать…
— Письмо? — мисс Блэкмунд растерянно посмотрела на сестру (Джоня в ответ злорадно высунула кончик языка), а потом чуть не разревелась.
Получается, никакой летавки не было, а матушкино послание преспокойно лежало себе в замке Леден с самого приезда леди Исы? И как же оно удачно всплыло позже, когда Торус добился своего, а Хельга стала ему не нужна!
Отцовская трубка неожиданно громко пыхнула, выстреливая в камин искрой; глава дома подскочил от неожиданности, а мисс Блэкмунд закрыла глаза и постаралась взять себя в руки.
— А все проклятое колдовство! — продолжала распаляться леди Оливия. — Говорила я, что нужно было бороться с этой гадостью, пока Хельга была крошкой! Это ты виноват, Ричард, твоя широкая натура! Судия свидетель, если бы девочка росла под его покровительством, всем было бы лучше.
Салзар покачал головой, глядя, как подбородок Хельги начинает подозрительно подрагивать, и решительно шагнул вперед.
— Насколько я знаю, леди, — сухо сказал некромант, — моя невеста унаследовала дар по материнской линии. Так что на вашем месте я бы не возмущался, а принял участие в устройстве свадьбы любимой дочери. Я не желаю больше откладывать это событие и сейчас, перед всеми вами еще раз официально прошу руки мисс Блэкмунд.
Он развернулся к девушке и, ободряюще улыбаясь, протянул руку. Через плечо некроманта Хельга увидела, как волшебным яблоком скатывается с колен Джоанны багровый клубок и почти услышала, как за спиной со стуком захлопывается дверца клетки.
Леди Оливия фыркнула:
— Вот уж не скажу, что безумно рада. Не такого супруга я желала своей дочери, но тут, ты, душечка, сама виновата. Нужно было думать головой, прежде чем невесть с кем связываться.
— Но, дорогая, — негромко кашлянул лорд Ричард, — в конце концов, у него же есть титул…
Леди Блэкмунд величаво поднялась из кресла, окинула мужа ледяным взглядом и с каменным выражением лица выплыла из гостиной, очевидно, решив, что материнская миссия подошла к концу, а дальнейшие разбирательства — не ее дело.
— Так, когда назначим свадьбу? — Мидес настойчиво пожал руку Хельге, пытаясь поймать полный обиды взгляд, устремленный в спину леди Оливии.
— А? — отмерла девушка. — Не знаю… как скажешь, Салз…
— Мы еще вернемся к этому разговору.
Некромант решительно прошелся к десертному столику и, плеснув вина в узкий серебряный кубок, вручил невесте: — Пей. А потом пойдем…
Договорить он не успел — в комнату влетела бледная горничная и срывающимся голосом завопила, что эти Мглы исчадия не иначе покусали бедного Петера и тот теперь точно помирает.
— Какие такие исчадия? — не понял лорд Ричард, смешно пошевелив бровями, а Джоанна тихо икнула.
— Кони бешеные! — взвыла служаночка и опрометью бросилась из комнаты.
Остальные ринулись следом.
Во дворе стояла суматоха. Прихрамывающий сторож, которого чета Блэкмунд не рассчитывала только потому, что тот соглашался работать за сущие гроши, безуспешно пытался схватить волочившиеся по земле поводья.
Элвилинские лошадки, фыркая и неодобрительно косясь на мужика, с неторопливой грацией перебегали с места на место и, время от времени, угрожающе скалили белоснежные мелкие зубы.
— Вот ведь чума какая! — в компании пары слуг надрывалась с высокого крыльца горничная, — оне ведь так все клумбы своротят! А потом загрызут кого, как пить дать! И откуда только животину такую притащили?
— Да, действительно, — лорд Ричард заинтересованно повернулся к Мидесу, — какая-то странная порода… высоковата, да тонковата, не находите?
— Коней нам дали в Ледене, — отозвался Салзар, — вообще-то мы должны их вернуть в целости и сохранности, и ваш конюх…
В этот момент сторожу удалось-таки намотать на руку поводья, и он, тяжело распрямившись, попытался приблизиться к соловой лошадке. Та нервно заржала, взбила передними копытами воздух и поскакала в дальний конец двора. Мужичок рыбкой полетел следом, а леди Оливия испуганно взвизгнула:
— Ричард, сделайте же что-нибудь! Нам не нужны разбирательства с городской стражей!
Салзар покосился на постное лицо хозяина дома, а от болезненного вопля несчастного слуги по спине побежали мурашки. И, повинуясь внезапному порыву, некромант бросился с крыльца. Строптивая лошадь, завернув круг, уже неслась обратно — что стало с хромоногим бедолагой, Мидесу разглядеть не удалось. Кинувшись наперерез, некромант прицелился, было, ухватить узду и чуть не споткнулся, услышав пронзительный визг Джоанны.
А потом увидел, как словно из-под земли выросла перед мчащейся лошадью Хельга и, вытянув руки, быстро и торопливо залепетала что-то на незнакомом языке.
— Прочь! — заорал Салзар, не понимая, как девушка там оказалась, зато осознавая, что уже не успеет оттолкнуть.
— Убили-и! — дурным басом завела с крыльца горничная, а соловая вдруг стала на дыбы, взметнув копыта над головой юной волшебницы, а потом как-то сразу успокоилась. Ступила на землю перед девушкой и ткнулась мордой в ладони. От толчка Хельга плюхнулась на каменные плиты двора, да так и осталась сидеть, ошалело глядя на лошадь.
Мидес тяжело бухнулся рядом и, точно тряпичную куклу, затормошил подругу:
— Сдурела?! Где болит?!
— Здесь… — ошарашенно ответила мисс Блэкмунд, потирая зад, а после неожиданно разразилась звонким хохотом. Салзар оглянулся на бледные лица очевидцев, краем сознания отмечая вылезающего из дальних кустов помятого, но вполне живого сторожа. И тут будущие родственники наконец-то очнулись. Леди Оливия, ломая руки, бросилась к дочери, лорд Ричард властным голосом начал отдавать приказы слугам, и вскоре некроманта оттеснили от невесты.
Прихромавший обратно конюх постанывал, мрачно косился на щиплющих декоративные кустики элвилинских лошадок, и повторять подвиги был явно не намерен.
— Куды ж их теперь? — похлопал он глазами на Мидеса и выразительно потер бок.
Салзар проводил взглядом семейство Блэкмунд, уводящее старшую дочь в дом. Тщательно отряхнул и без того не слишком свежую с дороги одежду и взялся сопроводить строптивых лошадей куда нужно. Закрыв их в стойлах пустой конюшни с прорехами в крыше, распорядился об овсе, свежем сене, воде и чистке. И, прислонившись к деревянному столбу, немного отдохнул, следя за кружащимися в солнечном свете пылинками. Думал о предстоящей свадьбе и странной выходке невесты. И вдругпочувствовал, как что-то маленькое и твердое ударилсь в плечо. Салзар обернулся и увидел, что в приоткрытую дверь конюшни заглядывает Джоанна Блэкмунд:
— Пст! Мидес!
Кажется, она собралась снова швырнуть камушек.
— Заходи, я слышу.
Девочка юркнула внутрь и остановилась, со странным выражением лица разглядывая некроманта.
— Что там с сестрой? — осторожно поинтересовался Салзар. — Лекаря приглашали?
— Ничего с твоей дылдой не случилось, жива-здорова, только злится.
Младшая Блэкмунд скрестила руки на цыплячьей груди и прищурилась:
— А ты часом, ничего не потерял?
— Э… вроде, нет, — растерялся Мидес, попутно размышляя, возвращаться ли ему в дом, или отправиться в Академию.
— И даже никого?
— Джоня, перестань говорить загадками… — некромант устало вздохнул и подумал, что теплая постель сейчас — самое желанное на свете место.