***
В Замке Крейзи накрывали к обеду и облегченно вздохнули, увидев супругов вместе, идущих в обнимку. Слава Богам, разобрались между собой, пришли к согласию. Обед прошел спокойно. Драгон рассказал, что успел сделать за последние несколько дней, а потом Ричард, сделав паузу, торжественно произнёс:
- У меня радостная новость – команда Флинта нашла нашу Родовую реликвию, – он разложил на столе большой сверток и стал разматывать ткань. Драгон, увидев меч, встал и дрожащими руками, взяв его, приложился губами. Мужчины отошли к камину обсудить информацию об оружейной комнате, а женщины задержались за столом. Весь обед Ками молчала, и это тревожило Аш. Она уважала Знахарку и понимала, что сейчас та скажет всё, что лежит у неё на Душе. Так и вышло.
-Это что же ты удумала, девонька? Не надоело еще мотать мужу нервы? Мало ему было твоего раздвоения Я-не Я, потом Степь, так теперь еще выгнать… на время, но выгнать, проучить что ли?
- Ками, нет, я не выгоняла его, просто попросила дать мне время разобраться в себе.
- Ах, это сейчас так называется. А то, что это молодой мужчина, в самом соку и с бешеным темпераментом, безумно любящий свою жену, недавно чуть её не потерявший в Степи, потом защищавший её честь в поединке, вернувший в тяжелейшем бою статус своего Рода, это так, мелочи.
- Ками, зачем ты так со мной?
-А затем, чтобы ты поняла, мужчины слабее нас. Драгон до сих пор держится за сердце после событий в Степи. А когда мы увидели Ричарда, вернувшегося без тебя, то поняли, что в таком состоянии он и до утра может не дожить. – Аш тихо ахнула и побледнела. – Вот поэтому Драгон и отправил его к Южному Замку на следующее утро, а полночи объяснял, что и как делать. Женщины, они как лошади, когда устают, начинают припадать на одну ногу, на другую, пошатываться. Сразу видно, что нужна помощь. А мужчины, как верблюды – гордо идут до последнего, а потом просто падают замертво. Не смей больше такого творить! Что бы не случилось между вами, всегда ложитесь в одну постель. Ни одна размолвка не стоит того, чтобы так рисковать любимым человеком. – Аш сидела за столом, как изваяние, бледное и молчаливое. Ричард, изредка бросавший взгляды в сторону женщин и уже начавший волноваться, внезапно прервал разговор и бросился к жене. Не увидев никакой реакции на его появление, он сердито глянул на Ками, подхватил жену на руки и устремился в их комнату. Хлопнула дверь и лязгнула задвижка.
- Аш, пожалуйста, не молчи, что не так, скажи, я помогу, я рядом, родная моя. – Встряхнул её слегка, потом прижал к себе, снова встряхнул – ну закричи, заплачь, только не будь изваянием, подумай о ребенке, прошу тебя. Я разберусь с Ками!
-Нет, прошу тебя, она права, она так права! – Аш упала на колени и прижалась к ногам мужа. – Родной мой, я так виновата. О чем я вообще думала, прости меня!
- Аш, мы ведь уже всё с тобой обсудили и поняли. В таких ситуациях виноваты оба, – он осторожно поднял жену с колен и прижал к груди, целуя любимую макушку.
- Скажи мне сейчас, только честно, что ты подумал, когда я попросила дать мне возможность побыть одной. Не увиливай, скажи честно. – Ричард тяжело вздохнул и набрал побольше воздуха перед тем, как ответить.
- Что ты меня выгоняешь, потому что я стал тебе противен. – Аш взвыла и разревелась горючими слезами. Всё, как и сказала Ками, она мудрая женщина. - Аш, у нас с тобой жизнь, как на вулкане. Может, мы попробуем жить в более спокойном темпе, иначе, боюсь, я долго не выдержу, любимая, – одинокая слезинка скатилась из его грустных, но бесконечно любящих глаз. Она поймала её губами и прижалась к мужу. А он вдруг не торопясь, стал снимать с неё одежду, целуя каждый новый открытый участок тела, потом раздел и себя, не переставая дарить ей легкие поцелуи. Не было того бешеного огня и невозможной страстности, обычно присущих их близости, а была бесконечная нежность и ласка, словно растянутая во времени… ты ждёшь её, страдая от жажды, а она падает маленькими каплями не утоляя этот «водный голод», но доставляя непередаваемое удовольствие и заставляя просить еще.
-Рич, так бывает?
-Оказывается, бывает, любимая, еще как бывает.
-Почему раньше, ты никогда не давал мне испытать эту сладостную муку? – Ричард удовлетворенно рассмеялся своим тихим хрипловатым смехом.
- Потому, что ты у меня торопыжка, а я подстраиваюсь под тебя. Зачем мне это удовольствие, если ты его не испытаешь? Но ведь у нас еще будет время сделать счастливыми друг друга иначе.
-Рич, люби меня всегда так, как хочешь ты. Научи меня любить иначе.
-Родная моя, я учусь вместе с тобой. До тебя я этого ничего не умел. Мы вместе с тобой делаем свою камасутру. Ты так это называла?