Четверо суток Замок был в ожидании. К утру пятого дня напряжение в Замке достигло максимума. Казалось, даже воздух вокруг звенел и готов был лопнуть, как струна. Именно в этот момент от кромки леса отделился отряд всадников и понёсся в сторону Замка. Наконец-то, фигуры расставлены, представление начинается. Противник не должен догадаться, что лорда с женой нет в Замке. Свидетели уничтожены в бою и Драгон решил поиграть в кошки-мышки, выставить себя этаким недотёпой, типа ничего не знаю, лорд приказал, а как его ослушаться? Придётся вам, гости дорогие приехать в другой раз… мы сообщим когда.
Барсент де Франто был не просто зол, он был в бешенстве. Эта сучка, имя которой он сам же и придумал из мести, а потом тут же благополучно забыл, сбежала вместе с Крейзи, сломала такой план! Где он прокололся? Почему недооценил? Баба ведь, волос длинен, да ум короток… но он укоротил её косищу, пускай Крейзи помучается, кто да где её зажал. Барсент собственно и не знал, девица ли его дочь. Столько дружков к сыновьям наезжало, все облизывались, может, кто и завалил, ему без разницы, брак просто фарс. Ладно, сбежали, но ведь не получив сигналов от обоих отрядов, он лично съездил на место предполагаемой встречи. То, что они увидели, заставило зашевелиться волосы на голове: оба отряда были вырезаны под чистую, никто не спасся, а ведь воины были не из последних, и теперь месть в нём рвалась наружу с такой силой, что нужен был бой, спровоцированный на любой мелочи, иначе Франто был на грани срыва. К Замку Крейзи они подъехали, еле сдерживая коней и сразу заявили о себе: лорд Барсент де Франто с сыновьями Хрустерном и Бесентом де Франто в гости к лорду и леди де Крейзи.
- Сейчас доложим управляющему. Подождите милорд, уж не обессудьте, мы люди малые.
- Кто там еще пожаловал? – раздался недовольный голос Драгона – мы никого не ждали. Лорд бы меня предупредил, но никаких распоряжений не было.
- Я не кто-то там ещё, а тесть лорда де Крейзи! Опускайте мост и открывайте ворота!
- Мне жаль лорд де Франто, но милорд сказал, что у него медовый месяц и он убьет каждого, кто помешает ему с женой наслаждаться друг другом. А Вы знаете нрав моего лорда, он же Крейзи… нет, я рисковать не буду…
- А я отец этой новоиспечённой леди и хочу удостовериться, что с моей дочерью всё в порядке. А то предъявит потом претензии, что дева мол была не дева, свернёт её тонкую шейку и прикопает в укромном уголке.
Драгон взмахнул рукой и по его сигналу из окна башни «взмахнув крылами» развернулось полотнище простыни с явными следами бывшей девственности (кур в замке хватало). Франто обалдел от этого зрелища, а Драгон добавил ему эмоциональности: «Видите, уважаемый сосед, у нас нет претензий к Вашей дочери! Можете возвращаться домой и спать спокойно. Милорд сейчас очень занят, он работает над продолжением Рода и в такой момент ему лучше под руку не лезть. Скоро ему опять ехать на границу, так он хочет быть уверен, что жена понесла от него. Ехали бы Вы уж домой от греха подальше.»
Франто не собирался сдаваться, препирательства продолжались до вечера с небольшими перерывами на перекус и прочистку горла. Барсент психовал, сыпал угрозами, упрекал Крейзи в негостеприимстве, обещал сравнять Замок с землёй, если ему не покажут живую дочь. Драгон тяжко вздыхал, изображая сожаление, «посыпал голову пеплом», но оставался непреклонен. Воины на стенах Замка сначала изображали молчаливых истуканов, потом стали подхихикивать, потом тихо подвывать, но когда отряд Франто вскинул луки, молча сплотили строй и ответили тем же… перевес сил был на лицо, в Замок попасть не удалось и Франто, скрипнув зубами, наконец, отступил. Злобно сверкнув глазами, он развернул лошадь и, посылая все мыслимые и немыслимые проклятья зятю, направил отряд домой, в свой Замок.
Драгон же отдал приказ формировать отряд и вечером следующего дня отправляться за милордом и его женой. Ночью передвижение отряда не кинется в глаза, а утром седьмого дня они будут на месте и, дав лошадям небольшой отдых, отправятся назад. К ночи он надеется увидеть Ричарда с женой, и да помогут им Боги! Он верил в Знахарку, за неделю Ками должна была подлечить Ричарда так, чтоб он хоть держался на лошади… долечим уже здесь… бедный мальчик, столько испытаний.
***
А вот пробуждение молодых было не таким радужным как отход ко сну. Ричард, наконец, пришёл в себя и проснулся. То, что ночью было насущной необходимостью и естественным явлением, утром привело его в состояние ужаса. Он в постели с женщиной, пусть и женой, они оба полностью раздеты и он ничего, совсем НИЧЕГО не помнит. Аш почувствовала его пробуждение, открыла глаза и, повернув к нему заспанное личико, ласково улыбнулась. Это она явно поторопилась с выражением чувств…