— Где Нисбет?
— Он неважно себя чувствует. Еще раз повторяю: срок заказа — месяц или больше, поскольку нам приходится добывать много белокамня. Я очень сожалею, но мы не сможем обслужить вас хоть сколько-нибудь раньше.
Госпожа Секворс вперила ледяной взгляд в Кугеля.
— Где «единицы» и «двойки»? Почему они исчезли и первыми идут «тройки»?
Кугель притворился искренне удивленным.
— Неужели это действительно так? Очень странно. И все же ничто не вечно, и «единицы» с «двойками» могли раскрошиться в пыль.
— У основания колонн нет никакого следа этой пыли.
Кугель пожал плечами.
— Поскольку колонны остались на той же относительной высоте, не вижу в этом большого вреда.
Из другого конца каменоломни, запыхавшись, прибежала одна из сестер госпожи Секворс.
— Мы нашли спрятанную под осколками кучу камней, и на каждом из них выбито «два»!
Госпожа Секворс бросила на Кугеля косой взгляд, затем развернулась и зашагала назад к деревне в сопровождении своих сестер.
Кугель мрачно отправился к дому Нисбета. Тот подслушивал за дверью.
— Все изменилось, — объявил Кугель. — Пора смываться. Нисбет отскочил, пораженный до глубины души.
— Смываться? А мой чудесный дом? Мои древности и мои замечательные безделушки! Это немыслимо!
— Боюсь, что госпожа Секворс не ограничится простой критикой. Помните, как она обошлась с вашей бородой?
— Разумеется, помню, но в этот раз я буду защищаться! — Нисбет подошел к шкафу и выбрал меч. — Самая лучшая сталь из Древнего Харая! Сюда, Кугель! Еще один такой же клинок! Носи его достойно!
Кугель прицепил старинный меч к поясу.
— Сопротивление — это замечательно, но целая шкура много лучше. Предлагаю подготовиться к любым случайностям.
— Ни за что! — гневно воскликнул Нисбет. — Я встану на пороге своего дома, и первый, кто осмелится сюда сунуться, отведает моего меча!
— Они будут держаться на расстоянии и швырять камни, — предостерег старика Кугель.
Нисбет не обратил на его слова никакого внимания и пошел к двери. Кугель немного поразмыслил, потом понес разные вещи к повозке, оставленной маотскими торговцами: провизию, вино, ковры, одежду. Затем спрятал в мешок коробочку с воском из ягод оссипа, предварительно намазав им башмаки, и пару пригоршней терциев из заветной урны Нисбета. Вторую коробочку с воском он бросил в повозку.
Работу Кугеля прервал возбужденный крик Нисбета:
— Кугель! Они приближаются, и очень быстро! Как будто полчище разъяренных зверей!
Кугель подбежал к двери и оглядел приближающихся женщин.
— Вы с вашим геройским мечом можете, конечно, отогнать эту орду от парадной двери, но они просто войдут с черного хода. Я предлагаю бегство. Повозка ждет нас.
Нисбет неохотно подошел к повозке и оглядел приготовления Кугеля.
— А где мои терции? Ты погрузил воск для обуви, но не взял терции! Это неразумно!
— Воск для обуви я нашел, но у меня нет вашего амулета, уничтожающего силу притяжения. Урна слишком тяжелая, я не смог ее дотащить.
Нисбет все же побежал в дом и, сгибаясь под тяжестью урны, вытащил ее во двор, рассыпая монеты.
Женщины между тем были уже совсем близко. Заметив повозку, они издали громогласное яростное рычание.
— Стойте, мошенники! — завопила госпожа Секворс.
Ни Кугель, ни Нисбет не обратили никакого внимания на ее призыв.
Нисбет дотащил свою урну до повозки и взвалил ее к остальным вещам, но, пытаясь взобраться туда сам, упал, и Кугелю пришлось затаскивать его на повозку. Кугель пнул телегу и с такой силой толкнул ее, что она взмыла в воздух, но когда он попытался запрыгнуть на нее, то потерял опору и рухнул на землю.
У него не оставалось времени на вторую попытку, женщины были совсем рядом с ним. Держа меч и мешок так, чтобы они не мешали бежать, Кугель помчался со всех ног, преследуемый самыми быстрыми из разъяренных женщин.
Через полмили преследовательницы прекратили погоню, и Кугель остановился перевести дух. Над домом Нисбета уже поднимался дым — злобствующая толпа учинила запоздалую месть. Мужчины стояли в полный рост на верхушках своих колонн, чтобы лучше видеть происходящее. Высоко в небе повозка плыла на восток, подгоняемая ветром, и Нисбет свешивался с ее края, стараясь разглядеть на земле Кугеля.
Кугель тяжело вздохнул. Перебросив мешок через плечо, он зашагал на юг в направлении Порт-Пергуша.
Глава вторая
Фосельм