Иногда, чтобы остудить камеру, я создавал Глыбу льда и оставлял её в углу. Испаряясь, она возвращала температуру в норму и создавала конденсированную влагу на стенах. Каждое утро гоблины, забирая меня, даже и не знали, чем я тут занимаюсь по вечерам. Хотя в первые дни, пока я не изучил заклинания водной стихии, на утро тут было реально жарко, даже после ночи, пока я спал. После возвращения из каменоломни, меня навещал тот хилый гоблин, который приносил мне еду. Немного поворотив нос в первые дни, после возвращения с арены, я всё же стал обгладывать кости дочиста. Это гоблин навещал меня каждый день и ни разу не проронил ни слова. Интересный малый!
Глубокая ночь. Снова за мной отворяется каменная дверь. Я прохожу через неё в зал, оставив в своей камере Глыбу льда, чтобы до моего прихода она успела охладить раскалённую камеру. Мне кажется, после многочасовых тренировок Свечи температура в камере поднималась до 70 градусов! И если бы я был обычным человеком, такую температуру я выдержать не смог бы. Пройдя в зал, я со всеми поздоровался и, немного поговорив с несколькими участниками команды, подошёл к Арате. Она всё также сидела в одиночестве. Я заметил, что она никогда не участвовала в обсуждениях. Но почему? Задать этот вопрос мне казалось бестактным, так что пока я оставался в неведении. Я расспросил её про невозможность сохранить пламя после броска, и она пояснила, что для этого нужно уметь выводить из своего тела ману. Нужно научиться выводить из своего тела некоторое количество маны в пространство, не теряя над ней контроля. То есть, не позволяя ей рассеяться. Она мне объяснила, как это делается, и под её чутким контролем, я всю ночь практиковал вывод маны из тела. Это оказалось сложнее, чем описывала Арата. Скорее всего она весьма талантлива, и ей давалось всё гораздо легче, чем мне. Я просил её научить меня также и другим заклинаниям. От других стихий! Но она сказала, что не стоит забивать себе голову. К тому же для новичка владение двумя стихиями уже является большим достижением, не говоря уже про то, что они противоположные друг другу. Огонь и вода.
Как-то я подошёл к Дигзу и спросил, почему я не участвую в копательных работах, да и когда эти тоннели копаются? Он ответил, что этим занимается другая часть команды. Они иногда собираются здесь по вечерам, тогда как мы собираемся по ночам.
***
Прошла ещё неделя. Счёт моих Кострищ уже перевалил за 20 тысяч, а я так и не научился использовать его по желанию. Все эти дни я практиковался в выводе маны и даже преуспел в этом. Я научился концентрировать ману над ладонью и, прочитывая заклинание в уме, создавал из этого сгустка пламя. Я видел, как невидимая энергия, которая ощущалась моим сознанием, как чёрная сущность, превращалась в пламя. Словно сам воздух поначалу искрился, и затем из искр рождался огонь, который увеличивался до размера костра. Теперь я уже мог кидать его на небольшое расстояние, и он, находясь в воздухе или падая на землю, горел ещё минуту. Но в боевой форме Кострище должно тухнуть через две секунды, вобрав в себя всю энергию рассеянную в минуте. На такие махинации у меня уходило ещё дополнительно 5 очков, так что теперь на это пламя я тратил 20 очков Маны. Но прогресс имеется! Имелся он и в изучении заклинания Огненный шар! Я уже почти заучил его и даже пробовал активировать, но у меня не получалось. Я подумал об одной штуке. А что если я создам Свечу из каждого пальца на обеих руках, а потом швырну их. Не будет ли урон в 10 раз мощнее, если я попаду в одного противника, создав 1 °Cвечей из каждого пальца. До перехода в Зал Обсуждений оставалось ещё 3 часа. И я мог бы потренироваться в этом. Для начала зажечь сразу несколько Свечей. Я сконцентрировался, и в первой же попытке смог зажечь 3 пламени. Меня обдавало жаром. Как же горячо! Я пробовал и пробовал. И уже через два часа я смог зажечь Свечу на каждом пальце. Пока у меня была всего одна рука, и я мог создавать лишь пятикратный урон от моих Кострищ. Это выглядело потрясно! Я выглядел, как человек-пламя с пятью горящими кострами над моими пальцами. Осталось только научиться швырять их! И тогда я мог бы поджигать врагов, нанося им до трёхсот тысяч урона. Это не Огненный шар, но и так сойдёт. Оставшийся час я швырял Костры в стены, доведя их даже до покраснения. Отныне называйте меня человек-факел!!!