Сегодня, спустя восемь дней после того вечера, я поехала в очередную плановую командировку. И снова встречи, и смех, и мое хвастовство незначительными литературными достижениями, и гордость клиентов мной и особенно – собой, что я, литератор, с ними общаюсь, и люблю их, и желаю им добра. И всё – взаимно. Последней клиенткой по графику оказалась восточная женщина, крымская татарка, которую я знаю много лет: труженица, умница, человек добрый и абсолютно беззлобный. И моя русская тетка, живущая в этой деревне – ее близкая подружка, почти сестра. Всё перемешалось в нашем Крыму.
Но меня внезапно в пути по телефону предупредили, что в ее семье кто-то погиб. У крымских татар большие семьи. И такие события переживаются коллективно. У моей клиентки – была одна интересная особенность, к которой я относилась с пониманием: она всегда хорошо платила, без задержек, но «боролась» за каждую копейку, выторговывала скидки, горестно вздыхала, соглашалась с суммой, отдавала деньги и тут же забывала об этом. Это был ритуал, и он соблюдался из года в год. И каждый раз она шутила, и говорила, что вот бы много денег заработать, и сожалела, что так много у меня конкурентов. А в этот раз купила необходимый товар и деньги отдала молча, и не торговалась, и двух гривен сдачи не потребовала. Глаза ее были пусты, лицо черно. Будто душа исчезла, и осталось тело с отработанными навыками. А потом произнесла как бы между делом: «Горе у нас. Племяшка моя умерла, еще тридцати нет…». Я стала спрашивать, и она также безэмоционально ответила: «Разбились на стеле, где поворот крутой на трассе. Дядьку током убило, мы на похороны не ездили, так они на три поминальные дня поехали. У нас так положено. И вот…». Глаза сухие, смотрят куда-то передо мной, и меня она не видит. «На стеле? Когда?!». «Пятого сентября, в четверг…». Я оторопела, ноги как-то подогнулись, захотелось схватиться за перила лестницы. «Так мы же мимо ехали, вернее, моя сотрудница! Мы – видели!».
Я не погрешила против истины, когда сказала «мы». Моя сотрудница видела военных с автосваркой, которые разрезали смятое о каменный столб железо, чтобы достать то, что осталось от людей, а я в этот момент слушала вычурные стихи о моральной и физической смерти в комфортном зале музейной галереи, в другом городе. И моя клиентка, которую я знаю много лет, и которую так любит моя русская тетка, вдруг зарыдала. Я обняла ее, стала успокаивать тем, что ребенок вылетел в окно машины и остался жив, и она также внезапно рыдать перестала, и глаза ее моментально высохли. Вдруг она пожаловалась: «Ирание, я всё время плачу. Как же на работу выйти, а?». А я подумала о невероятном узле событий, закрутивших в одном временном промежутке мои предчувствия, эмоции, действия моих сотрудников и близкого человека. Словно мастерски разыгранная шахматная партия. Там, на небесах.
Игры со смертью. Зачем молодым творческим людям так это нужно? Чтобы их запомнили? Я давно заметила, что люди, повидавшие жизнь, со смертью не заигрывают, потому что знают: она рядом всегда, в любой момент. Возможно, даже за левым плечом. И она не любит шутить. Зачем описывать в качественном словотворчестве телесные страдания или ужасную любовь, или жуткое одиночество и тому подобное? Чтобы поразить воображение читателя? А вот если написать талантливо о добром? Как у Александра Пушкина «На холмах Грузии лежит ночная мгла…»? Мне кажется, что не хватает у современных молодых поэтов сознания и осознания вот этого самого добра. И в угоду дешевой популярности бросается под ноги неразборчивым слушателям боль и грязь – как в новостях. Какие же новости без смерти и трупов? Их тогда и смотреть никто не будет. Новости – обывателям. Выходит, и игры со смертью выгодны обывателям – тому серому малограмотному большинству, которое с таким наслаждением смотрит «горячие новости»? Возможно, я перегнула палку, но больно душе. Я отказываюсь слушать и воспринимать такую современную поэзию: боли хватает и в жизни. Каждый день. И мой ответ на главный вопрос о выборе между торгашеством и поэзией однозначен: а выбора-то нет! Есть просто жизнь. И она ждет от поэзии добра. У ангела смерти тоже когда-то заканчивается терпение.
Бизнес – не война. Честность с самим собой…
…7 октября 2013 года, понедельник. Сегодня один из тех дней, когда никто и ничего не покупает: дождливая погода, нет продаж, люди измученные, уставшие. Как и вчера. Но, будучи предпринимателем, я осознала одну интересную, даже несколько мистическую закономерность. Очень часто, независимо от обстоятельств, я получаю то, что хочу всем сердцем, как будто включаются некие высокие силы, помогающие в этом устремлении. Я сделала заказ, который нужно оплатить в понедельник, через два дня. Материал крайне необходим, поэтому решила деньги занимать. Но к концу пятницы каким-то непостижимым образом я умудрилась собрать точно необходимую сумму – копейка в копейку. Такое происходит уже не первый раз, и именно в минуты, близкие к отчаянию. Говорят, Бог тружеников любит. Нельзя опускать руки. День складывается из маленьких отрезков времени, и каждый из них очень важен. Если в душе нет ненависти и злости, каждый такой отрезок наполнен счастьем жизни.