А потом, когда придет настоящая война, мне также честно придется ответить на самый главный вопрос. И я на него отвечу. Жаль только, что это случится так скоро.
Экстремальная реальность. Бизнес изменил всё…
…14 октября 2013 года, понедельник. За руль машины я первый раз села в шесть лет. Это была зеленая «Победа», которой мой дед очень гордился: постоянно ее чинил, чистил и полировал ее железное нутро в своем гараже. Мы ехали тогда в Краснолесье по узкой асфальтированной петляющей дороге. С одной стороны, были небольшие холмы, с другой – поросшие травой глубокие канавы. Я сидела у деда на коленях, крепко держалась за руль, и сама вела машину. Мне было страшно, захватывало дух. И огромная, как мне тогда казалось, тяжелая машина слушалась моих детских ручонок, словно домашний слон маленького погонщика. Как же они меня любили – мои давно ушедшие дедушка и бабушка!
Права я получила в двадцать шесть лет, но машину водила плохо, от случая к случаю. Было непривычно и безумно страшно, будто вот-вот что-то случится. И все последующие годы мне постоянно снилось, как я еду за рулем среди холмов и канав, по петляющей дороге, на высокой скорости, – как тогда. Все мои самые яркие сны были связаны с машиной, а наяву я понимала, что машины у меня никогда не будет. Слишком унылой и однообразной была моя жизнь, целиком посвященная детям и бывшему супругу. Бизнес изменил все, бизнес – это экстремальная реальность, в которой осуществимы самые невероятные предположения. В бизнесе возможно всё.
Свою первую машину я купила в сорок лет. Произошло это внезапно. Просто наступил момент, когда я окончательно решила, что машина мне жизненно необходима. Мои клиенты находились в разных городах, нужно было самой к ним приезжать, чтобы продать свой товар. Это оказалась малюсенькая темно-синяя «Ока». В техпаспорте ее цвет именовался очень романтично: «Океан». Когда я приняла решение, я пошла в банк, поговорила с директором – молодой и деловой женщиной, честно объяснила ей свою финансовую ситуацию. Кредит был небольшой, машина стоила недорого. И все же деньги на первый взнос и страховые платежи пришлось поискать. Близкие родственники мне отказали сразу и безоговорочно. Почему-то они были уверены, что для меня это долговая яма, из которой я не выберусь никогда. И страх, в случае неудачи, спасать мое финансовое положение был на тот момент сильнее обычного человеческого доверия. Максимальную сумму собрали из выручки на фирме в счет будущей зарплаты. Небольшой остаток мне заняла моя знакомая, с которой я почти не общалась. Просто дала деньги и всё. Как раз она мне почему-то поверила.
Очень хорошо помню, как я забирала «Оку» из салона. Бензина мне не хватило, заправиться я не сообразила и застряла на крупном перекрестке. Объезжая мою «неудачницу», царапнула по бамперу золотистая иномарка, водитель обругал меня последними словами по поводу моего женского пола вперемешку с тупостью и уехал сразу – он был сам виноват. Каким-то чудом я завелась, проехала еще двести метров и мёртво встала за тридцать метров до заправки. К бензоколонке с шутками и прибаутками меня толкали два мужика – водитель заправляющейся машины и оператор колонки. Мне же было не смешно.
Впрочем, все это, хоть и неприятные, но довольно незначительные детали. Удивительным оказалось другое. В то время кредиты были не очень популярны, особенно среди таких мелких предпринимателей, как я. Предпринимателю это было страшно, неуютно, непонятно, непостижимо. Пугал размер переплат – проценты, страховки, нотариальное оформление. Но лично для меня машина была тогда даже не просто средством работы, это был мой первый шаг от собственной неуверенности и безысходности в будущем к полной независимости. Моя машинка, видимо, чувствовала мою неуверенность и все время ломалась. Это была очень слабая и ненадежная машина, при этом юркая и быстрая, словно мышонок. Я на ней ездила по всему Крыму. За год я окупила и кредит, и проценты. За два года рассчиталась по всем обязательствам. Со временем я стала хорошим водителем, завела знакомства среди автослесарей, научилась отстаивать свои интересы на перекрестках и кольцах, уживаться с соседями в пробках – и все это благодаря миниатюрности и подвижности своей машины.
Было много проблем с ремонтом. Эти проблемы закалили мой слабый женский дух. Я научилась относиться к машине, при всем моем желании ее одушевить – «ну, моя маленькая, ну давай…» – как к куску железа, который всегда можно отремонтировать. И это меня спасло от ненужных эмоций. Мои давние клиенты до сих пор вспоминают синюю «Оку» с романтическим названием цвета «Океан». Потом на ней два года ездил менеджер моей фирмы – также, как и я, с товаром, а потом тот же менеджер у меня ее купил.