Хоукмун полз к Иссельде, отчаянно стремясь добраться до нее. По лицу его текли слезы, а из ушей сочилась кровь. Он смутно видел, как граф Брасс пытается подняться, цепляясь за стол. Уши графа тоже были в крови.
— Мы уничтожены! — услышал Хоукмун слова графа. — Уничтожены каким-то трусливым врагом, которого даже не можем увидеть! Здесь действует сила, против которой наши мечи бессильны…
И вот замок угрожающе затрещал от двенадцатого удара — самого громкого и ужасного. Крышка стола упала и раскололась. Некоторые каменные плиты треснули или вообще рассыпались на мелкие осколки. Замок швырнуло, будто пену морского прибоя. Хоукмун взревел от боли: на глазах у него выступили кровавые слезы, а все мускулы напряглись до предела — так, что, казалось, вот-вот лопнут.
Вслед за ударом гонга раздался другой звук — тонкий визг. И в зал вдруг хлынул яркий свет — фиолетовый, который сменился пурпурным, и потом снова опустилась тьма, и будто бы миллионы крохотных колокольчиков зазвенели в унисон. И можно было различить звук, доносившийся из-под земли.
Хоукмун попытался подняться, но не смог и упал лицом на камни. Звон внезапно затих; воцарилась тишина.
Глава 2
ТЬМА НА БОЛОТАХ
— Кристалла больше нет, он уничтожен…
Хоукмун с усилием потряс головой и растерянно заморгал:
— Что?
— Я говорю, кристалл уничтожен.
Рядом с ним на колени опустился д'Аверк и попытался помочь другу подняться на ноги.
— А как там Иссельда?
— Немногим лучше, чем ты. Мы уложили ее в постель. Слышишь? Кристалл уничтожен!
Хоукмун принялся счищать запекшуюся кровь с лица.
— Ты говоришь о кольцах Майгана?
— Д'Аверк, объясни ему как следует, — прозвучал голос Ноблио. — Объясни ему, что машина, которую подарили люди-призраки, погибла.
— Погибла? — Хоукмун поднялся. — Ее разрушил тот последний удар?
— Вот именно, — подошел к ним, тяжело дыша, граф Брасс. — Вибрация уничтожила кристалл.
— Значит… — Хоукмун вопросительно взглянул на графа, и тот кивнул ему.
— Да, мы вернулись в нашу собственную плоскость…
— И на нас еще не напали?
— Кажется, нет.
Хоукмун глубоко вздохнул и медленно побрел к дверям. С трудом сняв засов, он распахнул их.
На улице по-прежнему была ночь. На небе сияли все те же звезды. Но кружащиеся синие облачка куда-то исчезли, а вокруг воцарилось жуткое безмолвие; в воздухе витал какой-то странный запах. Не кричали фламинго, и не играл в тростнике ветерок.
Хоукмун задумчиво закрыл двери.
— Где же войска? — спросил д'Аверк. — Мы-то думали, нас здесь с нетерпением ждут!
— Об этом еще рано говорить! Надо дождаться восхода, — нахмурился Хоукмун. — Наверное, они хотят захватить нас врасплох.
— Ты думаешь, это Империя Мрака виновата в том, что с нами произошло? — спросил Оладан.
— Тут и думать нечего, — ответил граф Брасс. — Именно они вернули замок в нашу плоскость. Хотел бы я знать, что это за запах?
В это время д'Аверк разбирал вещи, извлекая их из-под обломков стола.
— Просто чудо, что мы живы, — заметил он.
— Да, — согласился Хоукмун. — Кажется, эти удары больше повлияли на предметы, чем на людей.
— Два человека скончались, мои старые слуги… — сообщил граф Брасс.
— Видимо, сердечный приступ. Сейчас их хоронят — на тот случай, если утром что-то случится.
— Как замок? — спросил Оладан.
— Трудно сказать, — пожал плечами граф. — Я был только в подвалах и могу сказать, что кристаллическая машина полностью разбита, а каменная кладка кое-где потрескалась. Это очень старый и крепкий замок. Кажется, он не сильно пострадал, если не считать, что в нем не осталось ни одного целого стекла. В остальном же… — заметил он с небывалым спокойствием (будто речь шла не о его любимом замке), — судя по всему, мы стоим на земле так же твердо, как и раньше.
— Будем надеяться, что так оно и есть, — пробормотал себе под нос д'Аверк. Он держал в руках Меч Рассвета и Красный Амулет. — Тебе лучше взять это, — сказал он, подавая их Хоукмуну, — наверняка они тебе скоро понадобятся.
Хоукмун надел амулет, пристегнул ножны к поясу, а затем нагнулся и поднял Рунный Посох.
— Кажется, он не принес нам удачи, — вздохнув, проговорил Хоукмун.
И вот забрезжил серый и холодный рассвет. На горизонте клубился туман, а небо скрыли облака цвета слоновой кости. Пятеро друзей стояли на холме у ворот замка Брасс, стиснув рукояти мечей, и с болью в сердце наблюдали картину, представшую перед ними.