Затем Илиана очутилась на площади вместе с двумя десятками своих воинов и радостно воскликнула:
— Мы пробились!
Однако тут же из домов, окружавших площадь, высыпали воины Имрила. Те, которые сражались пешими, а потому не смогли вступить в бой раньше. Вскоре они окружили Илиану со всех сторон.
И вновь яростный смех вырвался из ее уст. И вновь блеснула сталь беспощадного, разящего наповал клинка. Между тем солнце клонилось к закату.
— Нужно поторопиться! — крикнула она своим людям. — Пока не настала ночь! Иначе нам их не одолеть.
Им удалось вытеснить вражескую кавалерию на центральную площадь, где они спрятались между домами, а уцелевшие пехотинцы отступили и сосредоточились в самом большом из стоявших на площади зданий, в том самом, где Имрил устроил свою резиденцию. Именно здесь, в этом самом величественном и красивом строении Виринторма, двадцать лет тому назад родилась Илиана. Там она страдала и мучилась, а затем предала своего брата.
На смену радости пришло черное отчаяние, и она застыла на месте. Шум битвы доносился теперь до нее словно бы издалека. Из глубины памяти всплыло лицо Имрила, который, склонившись над ней, почти с детской серьезностью повторял один и тот же вопрос:
«Где он? Где Брадн?»
И она сказала ему.
Илиана содрогнулась. Опустив меч, она позабыла об опасности, угрожавшей со всех сторон. Пять чудовищ, все покрытые огромными бородавками, медленно подступали к ней, вытягивая лапы с серповидными когтями. Она ощутила, как когти эти впиваются ей в сапоги, и окинула нападавших отсутствующим взглядом.
— Брадн… — пробормотала она.
Но тут же рядом оказалась Катинка фон Бек.
— Вы ранены, детка?
В тот же миг топор ее взлетел в воздух, рассек череп одного чудовища, а остальные с визгом бросились наутек.
— Голова закружилась?
Илиана с усилием вышла из транса, вскинула меч и, не глядя, рассекла пополам очередного противника.
— Да, но все уже прошло.
— Врагов осталось около сотни! — воскликнула Катинка. — Они забаррикадировались в доме вашего отца. Не думаю, что нам удастся изгнать их оттуда до наступления ночи.
— В таком случае подожгите их убежище, — ледяным тоном велела Илиана. — Пусть погибнут в огне.
Катинка нахмурилась.
— Мне это не по душе. Нужно дать им возможность сдаться.
— Нет, сжечь их дотла, и сжечь этот проклятый дом.
Илиана развернула свою ваину и обвела взглядом площадь, заваленную трупами. На ногах оставалось человек пятьдесят, и все они принадлежали к повстанцам.
— Если мы убьем их сейчас, то они не смогут убить никого в будущих сражениях. Согласны, Катинка?
— Да, но…
— И мы сохраним жизни своих бойцов.
— Конечно… — Катинка попыталась встретиться взглядом с Илианой, но та отвернулась. — Но этот дом, здесь ведь жили многие поколения ваших предков. Он самый красивый во всем Виринторме. Нет ни одного другого здания в Гараторме прекрасней этого. Сейчас уже никто не сможет построить ничего подобного.
— Пусть сгорит. Я больше никогда не смогу там жить. Катинка вздохнула.
— Тогда я отдам приказ, хотя мне это не по душе. Но позвольте хотя бы предложить врагам возможность сдаться.
— А разве нам они такое предлагали?
— Но мы же не они. С моральной точки зрения…