— Меня нельзя убить! — выкрикнул он, не глядя на нападавшего. — Не заставляйте меня терять время, и я пощажу вашу жизнь. Мне нужно кое-что отыскать. Какой же глупец приказал учинить столь непотребное разрушение!
Солдат Илианы по-прежнему стоял на месте, и голова в змеиной маске наконец обернулась к нему. И колдун проговорил, словно обращаясь к упрямому мальчишке:
— Меня нельзя убить, повторяю вам. На это способен лишь один-единственный человек во всей безграничности Вселенной. Но этого человека я здесь не вижу. Так что проваливай.
Всей душой Илиана сочувствовала своему воину, который, наконец, пошатываясь, бросился прочь от колдуна, а затем Калан, довольный, захохотал.
— А! Вот оно!
Нагнувшись, он что-то поднял с земли.
Илиана тем временем подбиралась все ближе, перепрыгивая с ветки на ветку, и, наконец, спрыгнула на землю рядом с Каланом, отделенная от него морем трупов.
— Барон Калан!
Змеиная маска повернулась к ней.
— Порядок, я его… — он уже готов был показать ей свою находку, как вдруг застыл на месте. — Что такое? Но это невозможно! Или мое искусство подвело меня?
— Вы думали, что покончили со мной?
Илиана двинулась к нему. Ее не пугала его неуязвимость. Она чувствовала, что должна сразиться с ним, и даже сама себе не могла объяснить этого порыва.
— Покончил? Что за глупости, все куда более тонко. Мой кристалл поглотил вашу душу. Это был мой шедевр, венец моих изысканий в этой области. Он был создан для другого человека, неизмеримо более могущественного, чем вы, однако обстоятельства потребовали, чтобы вы стали первой жертвой, иначе я бы погиб от руки Имрила.
Издалека до них доносился шум боя. Однако Илиану это не остановило.
— Я должна отомстить вам, барон Калан.
— Вы не можете убить меня, сударыня, даже если того пожелаете. Для вас это невозможно.
— И все же я обязана попробовать. Змеиный повелитель пожал плечами.
— Ну, если таково ваше желание… Но я хотел бы узнать, каким образом душа ваша смогла ускользнуть из ловушки. Я думал, она застрянет там на веки вечные. Основываясь на этом успехе, я намеревался провести более изощренные опыты. Да. И все-таки, как вам удалось сбежать?
— Она никуда не сбегала, барон Калан, — раздался внезапно голос с другого конца площади.
Колдун обернулся.
— О чем это вы?
— Разве вы не понимаете, что за душу попытались заточить в своем кристалле? — продолжил Джери-а-Конел.
— Какую душу? О чем это вы?
— Известны ли вам легенда о Вечном Воителе?
— В общем-то, да Она попадалась мне в каких-то древних манускриптах.
Змеиная маска поворачивалась от Джери к Илиане и от Илианы к Джери, а тем временем Илиана продолжала неумолимо надвигаться на Калана.
— Так припомните, о чем вы читали.
В этот миг Илиана оказалась прямо перед бароном Каланом Витальским. Уверенным движением клинка она сбила с него разукрашенный шлем вместе с маской, выставив на дневной свет бледное дряхлеющее лицо колдуна, украшенное клочковатой белой бородкой и обрамленное редеющими волосами.
Калан растерянно заморгал, попытался прикрыть лицо рукой, но затем схватился одной рукой за меч. В другой же он сжимал загадочный предмет, который подобрал на пепелище.
— Все равно вам не убить меня, Илиана Гаратормская, — произнес он негромко. — А даже если бы вы это и сумели сделать, последствия были бы ужасны. А теперь оставьте меня или возьмите в плен, если это доставит вам удовольствие. Но поторопитесь, ибо у меня есть куда более важные дела…
— Защищайтесь, барон Калан.
— Мне не хотелось бы убивать вас, — произнес он уже более ядовитым голосом. — Ибо вы являете собой загадку для меня как для ученого. Однако я все же пойду на это, Илиана, если вы будете и дальше отравлять мне жизнь.
— А я с радостью убью вас, если только представится возможность.
— Не представится, — терпеливо повторил Калан. — Говорю же вам, меня может убить лишь один-единственный человек во Вселенной, и это отнюдь не вы. К тому же от того, останусь ли я в живых, зависит очень многое. Вы даже не подозреваете, сколь многое.