- Да будет ТАК! - ответила Мерриль и выпила зелье. Она закачалась, пытаясь удержаться на ногах и не потерять сознание, но не устояла и рухнула на спину. Татьяна успела подхватить подругу и отнесла её сама на кушетку, стоящую напротив кушетки Сельвины и Фельзи.
- Сер Вугрик Джори! Отныне ты - Серый Страж! - с изумлением услышала Татьяна.
- Что-о-о??? Нет!!!
Но Вугрик уже выпил зелье и отдал кубок.
- Почему, Ваше Высочество? - спросил Сегрик. Он - доброволец.
- У него организм ослаблен! Я всего час назад нейтрализовала токсины, но не вывела их из организма! Ох!
Татьяна обдала Вугрика аурой восстановления, усилила её направленным импульсом оздоровления и импульсом дара жизни.
Вугрик стоял на ногах и не падал. Ни вперёд, что означало бы смерть, ни назад, что означало бы принятие организмом скверны. Все с напряжением ожидали, в какую сторону качнётся маятник бытия этого воина. Но Вугрик просто сел в позе "лотос" и замер, закатив глаза. Татьяна приблизила ухо к его лицу и услышала слабое дуновение дыхания.
- Слава Создателю! - вырвалось у неё. Все с облегчением заулыбались.
- Кстати, Сегрик, надо бы сынишку Фельзи зачислить в детскую воинскую школу. Фельзи просила.
- Очнётся - оформим по всем правилам.- А кто у мальца отец?
- Огрен. А такое - она указала на Вугрика - только гномы могут проделывать. Когда проходил ритуал Огрен, так он вообще не терял сознания и похвалил выпивку.
- Ну, гномы всю жизнь воюют с порождениями. У них, я слышал, даже големы были.
- Верно, - подтвердила Татьяна.- Их изготавливал мастер-кузнец Кариддин на изобретённой им Наковальне Пустоты. Но мне пришлось уничтожить Наковальню по просьбе самого Кариддина, заключённого в броню голема.
- Эх! Надо было не уничтожать!-воскликнул Сегрик.- Големы против порождений тьмы - огромное подспорье!
- Да? А тебе известно, КАК делались големы?! - с возмущением воскликнула Татьяна.
- Ну, из камня и металла, я думаю, - растерянно ответил Сегрик, не понимая причин возмущённости Татьяны.
- Для того, чтобы изготовить голема, убивался гном.Ему заливали в рот, в ноздри, в глаза расплавленный лириум, обковывали металлом и расплавленным камнем, с лириумом... И всё это время он кричал от боли, ужаса и бессилия, умирал и снова воскресал и опять кричал и снова умирал... А Кариддин ковал и ковал его тело... Тысячи, десятки тысяч големов изготовил Кареддин... Наконец, душа его не выдержала и он попросил своих учеников заковать его в броню голема. И только тогда он понял, что значит стать големом. Болше он не мог создавать големов. Десятки тысяч големов - это столько же замученных гномов.
- ...Я не знал.., - покаянно признался Сегрик.- Тогда ты правильно сделала, уничтожив наковальню.
- Ладно, Сегрик, всё это было в другой жизни. Кто меня проводит до входа, где пропали стражи?
- Да любой воин из патрульных. Но надо бы тебе кого-то дать в сопровождение...
- Не надо. Мы с Велланой спустимся вниз. Надеюсь, что там ещё будет кого спасать.
***
Отсветы магмы, свет от газовых фонарей и светящихся кристаллов лириума, световые лучи верхних разломов, пропускающих многократно отражённый свет солнца. Всё это, в совокупности, позволяло достаточно чётко рассмотреть гигантские стройные колонны, колоссальные статуи гномьего пантеона Совершенных, огромных высших драконов, разнообразных порождений тьмы, воинов авваров и даже демонов.
- М-да... Даже порождений увековечили гномики,- произнесла Веллана с содроганием в голосе. А драконищи какие!
- Древний тейг. Вероятно, людей они не встречали. А порождения... Они окаменели. Вероятно, братья-маги сумели таким образом нейтрализовать этих злыдней. Будем наде...
- Помогите!!! - раздался отчаянный женский голос из какого-то закоулка, скрывающегося в тени одной из гигантских колонн.
- Прикрой меня,-попросила Татьяна подругу и быстро переместилась к пролому в стене.
Здесь в отсветах лавы и лириума она разглядела трёх девушек-лучниц из Серых Стражей Пика Солдата.
Включив ауру смерти и ауру стихий, которые в совокупности отнимали жизнь у всего, что настроено враждебно к обладателю аур, Татьяна рассмотрела девушек: колчаны были пусты, мечи и кинжалы валялись поломанной и погнутой кучей бесполезного металлохлама.
- Идите ко мне, - позвала она.
- Не можем. Оно не даёт нам отойти от этого места. Только мы хотим двинуться, как оно выскакивает и хлещет всё вокруг! Это единственное безопасное место.
- А я говорю, идите ко мне и не бойтесь.
Едва девушки отодвинулись от стены, как из пола вырвались щупальца и принялись остервенело хлестать пространство.
- Матка! - определила Татьяна и, каким-то, едва уловимым движением меча, перерубила щупальца твари.