Почти не глядя, он хлестнул Антона хлыстом со скорпионами. Раздался резкий вскрик.
— Наркотики оказали на Антона более положительное действие, чем на тебя. Он уже сказал мне, как найти Ведьмины Огни, потому что видел их, когда был пленником на севере. Но в Доме Матери он никогда не был, поэтому смог только повторить мне то, что слышал от тебя. Правда, что в этом обширном лабиринте, в пещерах под Ведьмиными Огнями собраны сокровища искусства прошлого этой планеты?
— Правда, — сказал Старк. — У Детей страсть к истории. Вероятно, эта страсть помешала им окончательно спятить…
Он взглянул сквозь прутья на Пенквара, потом на окровавленное тело Антона, висевшее на дереве.
— Ты мог бы набить трюмы шести кораблей тем, что находится в этих пещерах. И каждый предмет стоит для коллекционера целое состояние.
— Так я и думал, — сказал Пенквар. — Ты, Старк, сейчас опишешь мне вход в пещеры, начиная с прохода в Ведьминых Огнях, и как они защищены. Опишешь северный вход, через который ты удрал. Скажешь, сколько человек у этой Келл а Марг, Дочери Скэйта. Сколько бойцов она может выставить против меня, какое у них оружие и каковы они в драке.
— Мне тяжело говорить в клетке, Пенквар…
Бич щелкнул снова.
— Если хочешь мучить Антона, сведений от меня не получишь, — сказал Старк.
Пенквар задумался, держа хлыст в руках.
— Допустим, я выпушу тебя из клетки. А что будет дальше?
— Отвяжешь Антона.
— А затем?
— Сначала сделай это. А там посмотрим.
Пенквар засмеялся и хлопнул в ладоши. Четыре человека появились из лагеря, разбитого на ночь позади корабля. По приказу Пенквара они ослабили веревку и опустили Антона. Затем они отвязали его и помогли встать.
— Половину я уплатил, — сказал Пенквар.
У каждого из четырех человек был за поясом шокер. У двоих за плечами, кроме того, были еще и винтовки.
Старое солнце стало скатываться к горизонту. Тени сгущались, покрывая землю.
Старк пожал плечами.
— Северная дверь выходит на равнину Сердца Мира. Сразу же за дверью — зал стражи. Дальше коридор, защищенный плитами, которые могут опускаться и превращаться в баррикады. Сама дверь представляет собой поворачивающуюся на стержне плиту. Можешь глазеть на нее со стороны Ведьминых Огней хоть сто лет — все равно не увидишь. — Он улыбнулся, — Вот треть моего товара…
— Продолжай.
— Не раньше, чем выйду из клетки.
Бич взвился. Глаза Антона наполнились слезами, но он даже не вскрикнул.
Старк грубо сказал:
— Если хочешь, можешь содрать с него шкуру, но пока я в клетке, я больше ничего тебе не скажу.
Спокойным, пустым голосом Антон сказал:
— Если ты зайдешь слишком далеко, Пенквар, то ничего не добьешься. Он легко возвращается в состояние дикости…
Пенквар посмотрел на Старка. Он увидел высокого, смуглого, сильного человека со шрамами от многочисленных сражений. Наемный солдат, проведший жизнь в мелких войнах в отдаленных мирах. Опасный человек. Пенквар понимал это. Но чересчур светлые глаза приводили его в замешательство: в них было какое-то пламя, что-то наивное и вместе с тем смертельно опасное. Глаза дикого зверя на человеческом лице.
Антон добавил:
— Он не переносит заключения в клетке.
Пенквар что-то сказал одному из своих людей. Тот ушел и вернулся с автогеном. Он прорезал такое отверстие, чтобы Старк мог вылезти, но не выпрыгнуть. В то время как он выходил, люди следили за ним с шокерами в руках.
— Ну, — сказал Пенквар, — вот ты и на свободе.
Старк глубоко вздохнул и слегка вздрогнул, как вздрагивают дикие звери. Он стоял рядом с клеткой.
— В проходе Ведьминых Огней, как раз под гребнем, есть скальное образование, которое называют Молящимся человеком. Под ним — вход в пещеры. Это тоже вращающаяся плита. Внутри большая пещера. Херсенеи входят туда для торговли с Детьми. Вторая дверь ведет в Дом Матери. По ту сторону двери длинный коридор, защищенный барьерами, но здесь их больше и они очень мощные. Ни один вторгшийся туда никогда не преодолевал эту защиту.
— У меня есть взрывчатка.
— Если ты пустишь ее в ход, то все обрушится и вход будет блокирован.