На маленьком островке перед входом в порт стояла разрушенная башня с метательным оружием на вершине. Там удобно расположились несколько вооруженных человек. От края набережной к башне вел узкий мол. Вдоль него рыбачили люди. Жизнь текла по обычному руслу. Жаль было тревожить этот город, но другого выхода не было.
Старк посмотрел на небо и направился к своей армии. На берегу он поговорил с четырьмя королями, со своими помощниками и Морном. Морн нырнул в спокойную воду и исчез в направлении кораблей Сангалейн, стоявших на якоре за высоким мысом.
— Соберите своих людей, — сказал Старк четырем королям, — Мы с тобой пойдем вместе, — сказал он Эюду.
Эюд улыбнулся:
— Где твое сверхмощное оружие, Темный Человек?
— Здесь оно не потребуется, — ответил Старк. — Если, конечно, ты чувствуешь себя уверенно.
Эюд оскалился и пошел собирать свой отряд.
Пройдя лесом, они окружили город. Как обычно, собаки бежали впереди. Они были возбуждены и жаждали сражения. Они ворчали, поскуливали, и их мозги были полны огня.
В голове Старка, как и в его сердце, была только тоска, поэтому битва была нужна ему больше, чем собакам. Он шагал впереди длинной шеренги островитян — людей Эстрапа и Эюда — через лес замерзших деревьев. Шел он быстро, лицо его было таким угрюмым, что даже Эюд не смел задевать его.
Они не успели еще закончить окружение, как Старое солнце скрылось за горизонтом.
Старк вел свой отряд к порту в темноте. Они остановились между деревьями, где кустарник покрывал нависающий над водой склон. Джерд и Грит, тяжело дыша, прижались к Старку, и он потрепал их по загривкам. Первая из Трех Леди уже поднималась в северном небе. В ее свете глаза Старка сверкали, как ледяные озера, а глаза собак горели желтым огнем.
Ворота ограды были закрыты, в городе царила тишина и почти не было света. Часовых, убитых собаками, наверное, уже нашли, и Старк размышлял, какие выводы сделали из этого правители города. На телах часовых не было никаких ран. Их убил страх. Знали ли правители, что враждебная армия так близко?
Конечно, они должны быть настороже. Атака не будет неожиданной, независимо от сил, участвующих в ней. В эти силы не входили джубарцы, тащившиеся позади.
Взошла вторая из Трех Леди, вода в порту заблестела серебром. Единственным освещением в городе были огни на башне, да несколько лучей пробивалось сквозь бойницы и трещины.
Островитяне шли тихо, как звери на охоте. Старк слышал только их дыхание и пыхтение собак. Он прислушался и уловил легкий плеск возле башни, словно в воде заиграла рыба.
И тут из воды появились темные силуэты. Они окружили башню, готовясь к штурму. Вдруг кто-то завопил, и крики эти пронзили ночь.
— Готовьтесь, — сказал Старк.
Островитяне бесшумно повиновались. В городе послышались голоса, ударил барабан, загудел рог.
На набережной появились другие темные фигуры. Их мокрая шерсть блестела. Они суетились среди пловцов.
— Вперед! — сказал Старк.
Люди Эстрапа бросились к набережной, где их поддержали сусминги.
Ворота распахнулись, появились вооруженные люди и направились к порту.
— Пора! — крикнул Старк Эюду и выскочил из леса.
Северные Псы с лаем бежали за ним.
Горожане повернулись, чтобы встретить их лицом к лицу. Старк увидел темные лица, поднятое оружие. Он услышал рычание, хотя собаки молчали, и бросился в самую гущу схватки.
Он смутно осознавал, что Эюд рядом. Островитяне сражались молча, не кричали даже от боли. Старку почудилось что-то сверхъестественное в этой немой ярости, особенно по контрасту с рычанием горожан, которые, хотя и были более многочисленными, начали уже сомневаться, сражаются ли они с людьми или с демонами.
Тем не менее горожане защищались яростно до того момента, когда с берега хлынуло другое крыло армии Старка и ударило по ним с фланга. В панике горожане начали отступать к воротам, пока светловолосый человек не собрал их, чтобы отразить нападение островитян. Старк некоторое время дрался с ним, пока толпа их не разделила.
Через несколько минут горожане уже были за своими стенами. Старк остался среди чавкающих собак. Он бросил на них взгляд и отвернулся.
Теперь маленькая армия ожидала, чтобы каботажные лодки вышли из порта, подгоняемые сусмингами и фалларинами, которые надували паруса. Более крупные суда Сангалейн стояли на страже у входа в порт, чтобы воспрепятствовать всякому бегству в море. Островитяне двинулись к берегу. Городские ворота оставались закрытыми.