Этот сон, который уже несколько дней снился ей, казался таким реальным, Анна чувствовала боль той женщины как свою, и просыпалась в холодном поту. А когда она смотрела в глаза пациента, казалось в душе ее что-то разрывается, и в то же время, наполняется теплом и трепетом.
Она резко поднялась, и зашагала по комнате, борясь с желанием броситься в реанимационную, чтобы увидеть его.
Утром, перед уходом домой, она зашла в регистратуру и попросила его карту. Ей не терпелось узнать хоть немного о нем.
Его звали Пабло Диего Алонсо, 35 лет, профессия - архитектор, близкие родственники – отец Диего Мартинес Алонсо, в семейном положении – холост. Она улыбнулась про себя и решила, что должна непременно узнать его поближе.
Через час она была дома на окраине Барселоны. Оставив автомобиль в гараже, она вошла в дом, бросила сумку на консоль в прихожей, зевая, поднялась на второй этаж в спальню и, скинув одежду, забралась под одеяло, и отключилась.
Дом принадлежал ее отцу, Маркусу Хоакину Гарсиа. Но пару лет назад он перебрался в Каир и преподавал там в американском университете антропологию и историю Египта. Если бы не интерес к медицине, то, скорее всего, Анна тоже посвятила бы себя изучению древних цивилизаций. В детстве она с открытым ртом слушала рассказы отца о фараонах вместо сказок на ночь. Однажды Маркус увидел на полях ее тетрадей древнеегипетские иероглифы, которые она неосознанно чертила карандашом, и очень удивился. Особенно часто она рисовала око, похожее на Око бога Ра, и с этим символом девочка чувствовала себя словно под чьим-то незримым наблюдением.
***
Как и сказала Анна, через пару часов Пабло из реанимации перевезли в одиночную палату, и Алехандро разрешили его навестить. Марию он спровадил домой.
Пабло лежал с закрытыми глазами, но не спал. Он размышлял… как странно и необычно то, что он испытал. Услышав шум открывающейся двери, он повернулся и широко улыбнулся, увидев друга.
- Как ты? – спросил Алехандро.
- Жить буду. – усмехнулся он в ответ.
- Ты помнишь, как все произошло? Видел его лицо?
Пабло покачал головой.
- Я видел лишь нижнюю часть лица. Он наткнулся на меня в толпе, и я не успел ничего понять. И все же я знаю, чей это был заказ. Васко Берга. Он думает, что это отвлечет меня от борьбы за титул чемпиона.
Алехандро выругался.
- Но знаешь, я даже рад, что так случилось. – произнес загадочно Пабло.
- Что?! – не понял брюнет.
- Не знаю, с чего начать. – замялся Атлант.
- Начни с конца!
- Хирург, что оперировала меня, - тоже атлант! – выпалил он то, что вертелось у него в голове, то во что ему с таким трудом верилось.
- Что?! – выпучил глаза Алехандро. – С чего ты взял?
- У нее такая же кровь. Я уловил ее мысли, когда она говорила мне, что знает о моей группе…
- Вот это да!
- Это еще не все. Пока я был без сознания… я видел свою прошлую жизнь в Атлантиде. Ну не то, что я уже раньше видел – сражения да бои, а гибель Атлантиды и свое спасение. На корабле была женщина, жрица… во время шторма она оказалась за бортом, и я ее спас. Так вот, когда я открыл глаза и увидел ее глаза. Это сложно объяснить… будто жрица из прошлого предстала передо мной здесь, в настоящем. Та же энергетика, та же сущность! У меня дыхание сперло, словно прыгнул со скалы. Да и она смотрела на меня так пристально… до мурашек по коже. Такого я никогда не испытывал! – его глаза горели от возбуждения.
Алехандро задумчиво погладил подбородок и произнес: - Если она действительно атлант – тебе круто повезло встретить ее.
***
На следующее утро Анна заступила на смену, и первым делом отправилась на обход. Остановившись перед палатой 302, она глубоко вдохнула и вошла.
- Доброе утро, - сказала она.
Пабло смотрел телевизор. Он повернул голову в ее сторону, и оживившись, произнес: «Доброе утро».
- Как вы себя чувствуете?
- Спасибо, вполне хорошо. – улыбался он; взглянув на бейджик, спросил, - Анна, что вы имели ввиду, когда сказали, что знаете о моей группе крови?
- У меня такая же аномалия. – ответила она, гдядя ему в глаза.
- Аномалия? – не понял Пабло. – Почему же?
- А разве это норма? – удивилась она. – Людей с такой группой крови не так часто встретишь…
Пабло нахмурился – что-то здесь не так.
- А как же ваши родители?
- У отца вторая группа, а у мамы … не знаю… я ее с детства не видела…