Драгомир двигался быстро, словно тень, минуя шумные улицы никогда не спящего города. Ветер ерошил волосы, колыхал полы плаща, в нос били запахи пыли, выхлопных газов, бензина и людей, их крови и парфюма. Острого приступа жажды Драгомир не испытывал, а потому сейчас люди мало его заботили.
На крышу он добрался за пять минут. Там уже стояла одинокая фигура в лёгком алом пальто. Юлия оказалась невысокой, стройной, женственной, с лисьим взглядом и змеящимися волнами каштановых волос. Как и все вампиры, она обладала холодной красотой и хищническим изяществом. Юлия подошла, громко стуча каблуками, и от её приближения их силы столкнулись. Плотная, грубая, осязаемая мощь Драгомира и давящее, извивающееся ядовитыми змеями наследное могущество Медичи. Мужчина попытался прикоснуться к мыслям вампирской леди, но у него ничего не получилось — разум Юлии, как и у всех из её семьи, непроницаем.
— У вас недурно, — произнесла она, кивнув в сторону края крыши, в сторону города. — Правда, я отчасти разочарована.
— Могу я поинтересоваться, чем?
— Много нежити, много скота и ангелов, есть даже нага и трёхглавый дракон...
Это про Горыныча. С ним, в отличие от Яги, сотрудничать было приятно.
— А пьяных медведей по улицам не ходит.
Юлия мягко улыбнулась. Опыт подсказывал Драгомиру, что если женщина в его компании шутила, значит стремилась произвести впечатление.
— Для этого вам следовало приезжать сразу после Нового года.
Юлия вновь ответила ему улыбкой и лёгким прикосновением силы. Чтобы Медичи вела себя дружелюбно? Тут не просто пахло подвохом, тут им разило.
Впрочем, пусть играет дальше. Драгомир будет пристально наблюдать за ней.
— Сегодня я не пила кровь. Вы проведёте меня к паре голов?
— Разумеется. Кого желаете, дукс Юлия?
Она приставила палец к подбородку, подняв взгляд на полную Луну, принимая решение.
— Ангела. Их ещё не было у меня на столе.
Противоположный вид, естественный враг вампиров. Вопреки общим представлениям, ангелы, как и вампиры, пили кровь, отличались силой, горячим нравом и полным отсутствием манер. Это святое воинство во всей своей красе: вооружённое до зубов, агрессивное, покорное и обученное бороться с нечистью.
Сейчас ангелы спят. Лунный свет оставляет на их телах холодовые ожоги, подобно тому, как Солнце обжигает вампиров. Поэтому лучшее время для нападения на них — глубокая ночь.
Вот только... их кровь вредит вампирам, ослабевает их. Почти всем вампирам. Медичи потому и считали себя превыше других — несмотря на болезненный укус, они могли пить любую кровь без какого-либо вреда для себя.
Драгомир потёр шею поглубже вдохнул прохладный воздух и уловил след. С местными ангелами он не общался — ему был неинтересен сброд полувоспитанных военных, готовых при любой удобной возможности устроить очередную драку.
Вопреки убеждению, ангелы не селились в церквях: они боялись перепугать до полусмерти верующих или оскорбить их своим образом жизни. Обычно они выбирали для себя огороженную высоким забором территорию, на которой и жили, и тренировались.
— Скромные у вас ангелы, — сказала Юлия. — Наши поселились в Ватикане.
— Они придерживаются Суворовских принципов, вот и живут в жёстких условиях. Большая часть ангелов была лично знакома с Суворовым и не смогла отпустить прошлое.
— Как очаровательно.
Юлия подошла к краю крыши, вгляделась в дома внизу и, казалось, сделала выбор. Она улыбнулась, встретившись взглядом с Драгомиром, и запрыгнула на бортик крыши.
— После вас.
Драгомир ловко запрыгнул на край и, встретившись взглядом с гостьей, сделал шаг в бездну. Юлия последовала за ним, и от порыва ветра полы её пальто взметнулись алыми крыльями. Она шагала сквозь пространство легко, грациозно, словно никогда прежде не была человеком.
Эта охота — не более чем демонстрация силы. По крайней мере, если бы Драгомир охотился при свидетелях, он бы показал во всей красе свой инстинкт убийцы. Правда, в подобном представлении толку мало. Жертвы после его укусов содрогаются от оргазмического наслаждения. Возбуждённый донор может напугать только вампира-девственника.
Снежна сегодня тоже испытала истинное удовольствие.
Юлия шла по следу, двигаясь так плавно, словно ничего не весила, и была стремительной, словно выпущенная из лука стрела. Она обогнула контрольно-пропускные пункты и находящиеся под наблюдением территории, послав в головы постовых мысленные сигналы. Ангелы мгновенно рухнули под давлением её воли и погрузились в глубокий сон.