Оглядевшись, она вошла в кабинет и тихо прикрыла за собой дверь. Внутри было... экзотично. Стол из красного дерева с закрытым ноутбуком; ковёр на полу, больше похожий на огромную медвежью шкуру; удобные кресла для посетителей; на стенах картины, изображавшие пир Вакха, Леду с лебедем и похищение дочерей Левкиппа. Классические полотна, но все в одной тематике: на них во всей красоте изображались герои, готовые к соитию.
Снежна упорно сверлила взглядом книги. Длинный шкаф в кабинете Максима занимал всю стену от пола до потолка, и набит был самой разнообразной литературой, как научной, так и классической. Драгомир провёл пальцами по корешкам книг на одной из полок.
— Узнаёшь язык?
— Это язык? Больше похоже на рисунки.
— Нео-шумер. Международный язык демонов.
Снежна перевела взгляд на стол преподавателя. Итак, Максим — демон. Один из самых приятных людей в университете, самый весёлый и отзывчивый оказался демоном. Девушка нахмурилась. В какой-то момент она была близка к тому, чтобы влюбиться в преподавателя, который всякий раз прекрасно чувствовал её душевное состояние, который умел приободрить и поддержать. Между ними даже зарождалась какая-никакая дружба, но о большем Снежна думать и не смела.
— Он опасен для людей?
— Да. Для их девственности.
Девушка вцепилась пальцами в подол куртки, когда Драгомир обнаружил на одной из полок ошейник на цепи, верёвку и плеть.
— Он такое держит... в универе?
— Согласен. Как-то скромно.
— Драгомир! Это же неприлично!
— Должен же историк хоть иногда отрываться от книжек.
— Не оправдывайте извращенца!
— Это ещё не извращение.
Вампир обошёл шкаф и зашёл в узкий проход между стеной и полками. Там, в тесной нише, была вторая часть кабинета, обычно скрытая от посторонних глаз.
Часть с клеткой, узким диваном и штативом для камеры. А на стене вместо картин красовались различные "инструменты" для интимного вечера. Снежна закрыла лицо ладонями, уже не боясь смазать макияж.
— Весело у вас проходят зачёты.
— Замолчите!
— Я так понимаю, это лекционный зал, а клетка — для тех, кто плохо себя вёл.
— Заткнитесь!
— Всех, кто спит на парах, ждёт либо ручка в глаз, либо в жо...
— Вы невыносимы!
Драгомир расхохотался.
— Ты слишком мило краснеешь. Я не могу устоять.
Мужчина подошёл к стене, на которой был изображён изящный символ — сердце с крыльями — слабо светившийся в темноте фиолетовым светом.
— Как думаешь, если сильный демон узнает, что его грязные секреты стали известны великолепному, обаятельному, выше всяких похвал красавчику-вампиру...
Драгомир удержал паузу, словно обдумывая вопрос или ожидая реакции. Снежна встретилась с ним взглядом.
— Будет ли он со мной дружить или сразу побежит жаловаться мамочке?
Снежна вздохнула так тяжело, что воздух, вышедший из её лёгких, можно было взвешивать на автомобильных весах.
— Ещё одна такая шутка, и я вас ударю.
— Ты угрожаешь или соблазняешь?
Девушка уже замахнулась, уже хотела было ударить вампира в грудь. Не для того, чтобы в самом деле причинить боль, а чтобы покапризничать. Как вдруг из основной части кабинета раздался щелчок замка. От этого звука у Снежны замерло сердце.
Паника всякий раз сказывалась на ней странным образом. Вместо того, чтобы замереть и покорно ждать своей участи, как любая приличная девушка, Снежна приходила в движение, бесилась, сбегала и кричала на всех и вся. Вот и сейчас первым её порывом было сбежать — если не в дверь, так в окно, и плевать, что они были на восьмом этаже!
Но Драгомир схватил её прежде, чем она успела что-либо сделать, притянул к себе в тесных объятиях, крепко зажал ладонью рот. Ни пошевелиться, ни ударить вампира, ни вскрикнуть она не могла.
Снежна запаниковала сильнее. Сейчас их застукают: дочка самого Владлена Скопина незаконно проникла вместе с парнем в чужой кабинет и застряла в комнате для разврата! Снежну отчислят, правда, это её нисколько не беспокоило.
Но это вызовет такой скандал, что заминать его придётся долго и дорого. Папаша-диктатор не потерпит даже крохотного пятна на своей безупречной репутации. А потому сначала он избавится от слухов, а потом и от младшей дочери.
Мысли Снежны пускались в бешеный галоп, когда она прислушивалась к звукам из основной части помещен я.
— Нравится мой кабинет? Руководство часто возмущается, а мне не работается в убогой, безвкусной обстановке.
Снежна вновь похолодела, решив, что Максим обращался к ней с Драгомиром.
— Здесь всё... в вашем стиле, — произнесла незнакомая девушка. — Вульгарно, броско, пропитано эротизмом.