Условия использования обсудим потом. Сама понимаешь, владение им обойдётся недёшево.
Сообщи мне имя своего врага, и мы его уничтожим. Ни одно расследование не выявит улик. Ни людское. Ни вампирское. Ни инквизиторское. Ни даже ангельское — если их мнение тебя заботит.
Соглашайся. Это веселее очередного замученного донора.
Юлия Медичи".
Ах, как романтично! Кровавые убийства без единых улик, интриги, опасность, жестокость и абсолютное безрассудство. Вера захохотала, кружась по комнате с письмом в руках. Вот от таких и только таких предложений она вновь чувствовала эмоции! Чувствовала себя живой!
Как в старые добрые времена, когда вампиры убивали друг друга, не таясь. Когда объявляли дуэли, охоту, когда князей охраняли двухметровые оборотни, когда на пиршественных столах были десятки разделанных крестьян...
Что это за оружие?! Вера должна знать! Впервые за сотни лет княжна чувствовала, что ещё немного и она лопнет от любопытства!
Сучка Медичи прощена. Если демонстрационное убийство сможет впечатлить Веру, эта Юлия может рассчитывать на снисхождение. Медичи до неё не доберутся.
Но забавлять Веру ей придётся часто. Будущей великой княгине как раз не хватало новых игрушек и свежих впечатлений.
Десятая кровь
Месяц спустя...
Трудовой стаж Драгомира в качестве хирурга составлял чуть больше 120 лет. Под разными именами, в разных странах — не суть. За такой внушительный срок врач, по идее, должен повидать всё: от несмертельного удара топором по голове до лампочки, застрявшей там, куда не светит Солнце.
Естественно, на Драгомира писали жалобы. "Не улыбнулся при входе в палату", "не так посмотрел", "рассказал настолько смешную шутку, что на животе разошлись швы". Последнее Драгомир считал комплиментом.
Короче говоря, княжич разучился удивляться.
Но сегодня жалоба на него пришла из-за умершего пациента. Драгомир провёл сложную операцию, своими силами починил это умирающее недоразумение, зарастил ткани, прочистил сосуды... сбросил организм до заводских настроек, не привлекая внимания ассистентов! 36 часов не-жизни были потрачены на сладко спящего на операционном столе усатого засранца!
И он умер!
Как? Каким-то образом он провёл в палату свою горячую подружку и решил, что секс в больнице после операции улучшит его самочувствие. Жаль, подружка оказалась дикая. Загнала жеребца до смерти.
Родственники, в свою очередь, написали на Драгомира жалобу. Им не понравилось, что покойник "выглядел слишком счастливым".
Знал бы Гиппократ, сколько раз Драгомир успел пожалеть о своей клятве, не придумывал бы её. Некоторые пациенты заслуживали профилактического ремня по ищущим приключения задницам.
Самое обидное, что из-за жалобы Драгомира лишили премии. Зарплата хирурга не была нужна вампирскому княжичу, но представляла спортивный интерес. Наличия денег Драгомир не замечал — он их и не считал — но их отсутствие выводило его из себя.
Настолько, что вампир начал материться на румынском в кабинете главврача, продолжил в коридоре, а закончил только в операционной, рявкнув на ассистента. Да, он перепугал своим грубым говором половину больницы — и что с того? Хирург должен уметь внушать ужас, иначе к нему не пойдут на операцию. Решат, что врач слишком мягкотелый, чтобы держать в руке скальпель.
С очередным пациентом Драгомир покончил быстро. Жить будет, пока не помрёт. И пусть только попробует расстаться с жизнью на расстоянии двух километров от больницы. Драгомир найдёт его и залечит к хренам собачьим.
Злющий и взвинченный, он принял душ, переоделся, внёс записи в медкарты и ушёл из больницы, напоследок как следует пнув дверь главврача. Мелочная месть, но Драгомир-человек не мог позволить себе большего.
А вот Драгомир-вампир решил, что пару дней у главнюка будет простреливать колено не хуже, чем у стража Вайтрана.
В злобных настроениях он сел за руль, добрался до вампирского бара с крайне оригинальным названием "Заупокой", плюхнулся на диван. И нашёл себе жертву — молодого вампира, с которым можно было как следует подраться с последующим выкидыванием в мусорный бак, привлечением внимания полиции, дракой уже с ними и братанием с новым знакомым. Драгомир улыбнулся и уже почти поднялся, чтобы дать вампиру хорошего леща.
Но...
— Извини. Я опоздала.
Снежна села рядом, поцеловала его щёку, и злоба вампира рассеялась, словно утренний туман. Она улыбнулась, сжала его руку, и мысли о работе вылетели из его головы со скоростью выстрела.