Но бар кишел вампирами.
Хищниками, против которых даже её папаша — обыкновенное, беспомощное травоядное ничтожество.
Драгомир коснулся её предплечья, сжал запястье, и Снежна в ужасе встретилась с ним взглядом.
Она что... при первой встрече набросилась с драками, криками и угрозами на вампира? На князя вампиров?
И назвала его нищебродом?
— Твои мысли мечутся, но в целом ты поняла ситуацию верно.
Она молчала, не сводя взгляда с Драгомира, боясь, что в любую секунду он мог напасть на неё, сжать ледяными руками до хруста костей и разорвать. Нет. Сейчас ей следовало не говорить, не кричать, а бежать как можно быстрее и как можно дальше.
— Думаешь, догнать тебя сложнее, чем вытолкать из реанимации?
Да как он это делает?!
— Если хочешь, чтобы я не смог прочесть твои мысли, носи серьги из серебра. Говорят, оно хорошо помогает от...
— Вампиров?
— ...навязчивых кавалеров, — улыбаясь, он мягко подтолкнул Снежну в сторону. — Пройдём.
— Вы меня убьёте? — голос девушки сорвался на фальцет.
Драгомир ответил задумчивым взглядом.
— На тебя у меня другие планы.
Больше он не церемонился и, твёрдо сжав руку девушки, потащил её за собой в комнату, отделённую от основного зала тяжёлой портьерой. Снежна едва шевелила ногами, но шла за вампиром, зная, что иного выхода нет.
Только зайдя внутрь, Драгомир лениво свалился на диван и потёр затылок. Девушка смотрела на него, стараясь дышать как можно тише.
— Не за что, — произнёс он, хмыкнув. — Не будь меня рядом, Вера размазала бы тебя по всему бару.
Пелена шока спала. Губы задрожали, к рукам и голове, наконец, прилила кровь, перед глазами всё поплыло от слёз. Запоздалая реакция, наконец, добралась до каждого нервного окончания и выплеснулась наружу тяжёлыми слезами. Сжав зубы, Снежна отвернулась и прошла к противоположной стене. Она никому не показывала своих слёз.
Даже Бажену.
— А со мной ты была куда смелее, чем с ней.
Пошёл ты к чёртовой матери.
— Думаешь, с ней веселее, чем с тобой?
— Перестаньте это делать!
Драгомир ответил ей очередной нахальной, дерзкой улыбкой.
— Кажется, ты уже должна была понять, моя маленькая строптивая госпожа. Рядом со мной приказы отдаёшь не ты.
Он растягивал слова, а потому от одного звука его низкого, тягучего голоса Снежну пробрало до дрожи. Драгомир словно коснулся её, при этом не приближаясь, — его сила скользнула по телу шелковистым мехом.
Ей было страшно, но в то же время в этом месте, полном ходячих трупов, Драгомир был единственным, с кем следовало находиться поблизости. Он лжец, убийца, сильное и могущественное бесчеловечное создание. И в то же время он — безопасность.
— Верно подмечено.
Прекрати!
Снежна вздрогнула и крепко сжала кулаки, оставляя на ладонях полумесяцы от ногтей.
— Можно мне уйти? — прохрипела она.
Драгомир всунул в рот сигарету, прикурил и откинулся на спинку дивана, выдыхая дым.
— Я всё поняла. Вера больше меня не увидит. Как и вы.
Драгомир молчал.
— Я не расскажу о том, что увидела здесь.
Он хмыкнул. Конечно. Как глупо было даже заикаться об этом. Даже если Снежна хоть кому-то заикнётся о существовании вампиров, ей не просто не поверят — её отправят в психушку. И, зная папашу, на всю жизнь.
Господи. Лучше бы сидела дома и делала вид, что всё в порядке.
— Подойди ко мне.
Снежна вцепилась в сумку, когда Драгомир протянул ей раскрытую ладонь. Он смотрел ей в глаза, не мигая, и бушующее пламя его взгляда словно было готово испепелить хрупкую девушку.
— Ты знаешь, что просто так отсюда не уйдёшь, — произнёс он. — Выбирай. Либо ты подходишь ко мне и остаёшься жива, либо покидаешь клуб. По частям.
Снежна закусила губу, посмотрев в сторону выхода. Как бы она ни храбрилась, сколько бы ни хамила, она была обыкновенной девушкой — студенткой, запуганной своим отцом настолько, что обычные люди больше были не страшны.
Иногда Снежне казалось, что смерть её тоже не пугает. И так и было, пока костлявая не постучалась в двери.
Снежна сделала шаг к вампиру, ещё один и ещё. Сжала его ладонь — такую ледяную, что этот могильный холод пробирал насквозь. Драгомир рывком притянул девушку к себе, уронил на себя.
Снежна перестала дышать.
— Не надо бояться, — он в последний раз затянулся и втёр сигарету в пепельницу в подлокотнике дивана. — Доктор больно не сделает.
— Вы хирург, — едва слышно произнесла она. — Вы всем делаете больно.
— Как грубо. Разве не я спас жизнь твоему брату?
— ...вы.
— Его поломала Вера три месяца назад. Как видишь, претензий он не имеет.
Эта белобрысая сука...