— Куда-то собрались-с?
Снежна вздрогнула, встретившись взглядом с вурдалаком.
— Скажите, Константин... Драгомир правда женится?
— Такова воля Медичи-с. Как человек-с, вы должны понимать: в мире очень много более влиятельных существ-с, которым не отказывают-с.
Снежна коротко кивнула и ушла, не говоря ни слова.
И вместо объятий любимого мужчины утонула в руках декабрьского холода и тусклого света Солнца.
Восемнадцатая кровь
За две недели самостоятельной жизни Снежна поняла одну простую вещь.
Можно сбежать из дома и жить одной. Можно порвать с парнем. Можно скрыться от всех знакомых и залечь на дно. Можно даже переделать себя и превратиться из забитой принцессы в самостоятельного человека.
Можно отделаться от всего на свете, но от любви бежать бесполезно. Она не просто навязчива, не просто болезненна: любовь тяжёлым камнем лежит на сердце, лишая воли, сил, эмоций. Любовь без конца кровоточит слезами, кричит, мечется и сводит с ума как во снах, так и наяву. Любовь оголяет нервы, заставляя их искриться, любовь не оставляет в покое, выливаясь в бесконечность тревоги и депрессии.
И кроме любви были узы крови. Снежна, как подметила Вера, была слабым донором, восстанавливалась медленно и вяло. Но даже она чувствовала, что вены кипят от перенапряжения, ощущала, что жаждет как укусов вампира, так и его поцелуев.
Это невыносимо.
И поговорить об этом было не с кем. Снежна не звонила Бажену, потому что он очень сильно сдружился с Драгомиром. Помня опыт побега Яны, она решила вести себя тихо. Вампиры её не искали — по крайней мере, Снежна не замечала их присутствия.
У Драгомира есть дела поважнее, чем искать одного бесполезного донора. Ему нужно готовиться к свадьбе.
Чувствуя себя глубоко одинокой и несчастной, Снежна каждое утро собиралась на работу или в университет. Там она вела себя осторожно, старалась ни с кем не разговаривать и сторонилась людей.
К тому же, она чувствовала: стоит ей с кем-то заговорить, и она утопит собеседника в своём отчаянии.
Утром 31 декабря она, как обычно, ничего не подозревая, открыла дверь своей съёмной однушки.
И завизжала.
На пороге стояло нечто, от чего кровь стыла в жилах. Оно было высоким, тощим, с глазами навыкате и острыми зубами, которые не помещались во рту.
— Здравствуйте.
— Говорил же-с, я должен приветствовать её первым-с.
— Извиняюсь.
Вурдалак Константин протолкался в квартиру мимо высокого чудовища, с недовольным видом отряхнул фрак, оправил причёску и только после этого заметил Снежну.
Кажется, к тому моменту её душа преодолела половину пути на небеса.
— Это Максимилиан Шрек-с. А вам, миледи, следовало бы сдерживать свои децибелы-с. У нас, низшей нежити, очень чувствительные уши-с.
Снежна шарила ладонью по обувной полке. Найдя зимний сапог, она выставила его перед собой, как оружие.
— Пошли вон!
— Как грубо. С другой стороны, грубость молодой женщины выглядит невероятно привлекательно. Какие глаза, какой стан...
— Заткнись-с.
— А что за каблучок. Отдайте мне вашу обувь, и я покрою её поцелуями.
Снежна отшвырнула сапог и схватилась за длинную обувную ложку. Потом, вспомнив старые фильмы, побежала на кухню и схватила икону со стены.
— Не подходите!
— Константин, — произнёс Шрек, сощурив вытаращенные глаза. — Я католик. На кого из святых я смотрю?
Вурдалак мгновение помедлил.
— Ксения Петербургская-с.
— И чем прославилась?
— Милосердием, хотя сама в нём очень сильно нуждалась-с.
— Русские женщины всегда вызывали у меня чистейшее восхищение.
Снежна побагровела от гнева и опустила икону.
— Какого хрена вам нужно?! Убить меня пришли?!
Константин и Шрек переглянулись, после чего расхохотались.
Господи, какие же у них острые клыки!
— Я от Драгомира-с.
— Спасибо, я в курсе.
— А я от князя Дракулы, — Шрек церемонно поклонился.
Снежна перестала дышать.
— Господин устраивает бал и собирает всех самых невероятных, самых потрясающих, самых восхитительных дам со всей Москвы.
— Заткнись-с.
— И едва увидев вас, я утонул в ваших безнадёжно прекрасных глазах. Должно быть, они разбили немало сердец, потому что моё уже вот-вот.
— Ты уже умирал-с? Потому что сейчас я это устрою-с.
— Ах, госпожа Скопина, не будьте так бессердечны! Ваш отказ оскорбит князя Дракулу, но меня! Меня вы сейчас же увидите горсткой пепла! Потому что без вас и бал, и моя жизнь не имеют смысла!