А значит их соперничество продолжится. Оно может продлиться десятки лет, сотни, тысячи. И пусть. Молодым вампирам нужен стимул жить, чтобы коротать тоскливую вечность.
Мысленно Дракула благословил обоих.
* * *
Для Снежны новогодний бал завершился раньше времени. Все высокопоставленные вампиры, захмелев от крови, обычно оставались в Кремле до запоздалого зимнего утра. Целую неделю они должны провести в Москве, чтобы спустя неделю встретить с Дракулой Рождество.
Снежна не знала, как относиться к религиозному фанатизму вампиров. Это вызывало в её сознании слишком явное противоречие. Религия должна же убивать кровососов — разве нет?
— В Библии нет ни одной страницы, где говорилось бы, что Бог ненавидит вампиров, — Драгомир выдохнул дым в открытое окно машины. — Нас бычит только Солнце.
Бычит? Как неаристократично.
— Что поделаешь? Одичал без женского общества.
Снежна повернулась к нему и улыбнулась, пальцами теребя кулон у себя на шее.
— Я тоже скучала по тебе.
Драгомир приподнял бровь и скосил на неё взгляд.
— Ты же не танцуешь с чужими женихами.
— Перестань.
— И вообще, меня сегодня отшила невеста ради боевой куропатки. Я намерен всю ночь умирать от любви.
Снежна не забыла, насколько Драгомир вредный, но прямо сейчас была не готова к его язвительности.
К счастью, процесс умирания от любви продлился не больше часа. Этого времени хватило, чтобы в новогоднюю ночь добраться из центра Москвы к дому Драгомира, к его уютному холостяцкому гнезду. Зайдя туда, Снежна впервые за эти две бесконечные недели ощутила покой, приятную усталость, безмятежность. Удивительно. Она была здесь во второй раз в жизни, но казалось, будто родилась в этих стенах.
Снежна сняла пальто, небрежно бросила его на диван.
И вздрогнула, когда Драгомир обнял её сзади и припал долгим поцелуем к шее. Его губы были ледяными, его прикосновения обжигали холодом, заставляя пробегать мурашки по телу.
— Драгомир, — выдохнула одна, — где твоя вредность?
— А что, уже соскучилась по ней? Всегда знал, что тебя заводят ворчливые зануды.
Улыбнувшись, девушка выскользнула из его объятий, сжала руку вампира, потянула за собой на второй этаж. Он не сопротивлялся и даже не язвил — и для него это было неестественно.
Снежну это обеспокоило.
— Ты расстроился?
— Ммм... из-за чего?
— Из-за Дракулы. Он же не выбрал тебя.
— Ну и что?
Снежна склонила голову набок.
— Старик решил не уходить на пенсию. Он всё ещё полон сил, энтузиазма, энергии, раз может работать. И, как по мне, пусть он лучше будет на троне, чем спит в гробу.
В глазах девушки замерцали слёзы. Её каждый раз задевало за живое то, с какой теплотой Драгомир относился к своим родным.
Потом она вспоминала вечно пьяное лицо своего отца, вечно холодную мать, и ощущала лишь дурноту и презрение.
— Ты теперь свободна от них.
— Я жалею, что не сбежала раньше, — она невесело улыбнулась. — Да и... сбежала бы — Скопин не оставил бы меня в покое.
Снежна вздохнула.
— Спасибо тебе.
— За что?
— Сам знаешь, за что! За всё!
— Ну же, принцесса. Похвали меня.
Снежна в ответ показала язык и открыла дверь его спальни. Внутри было всё так же, как и в прошлый раз: идеальный порядок, плотно зашторенные окна, мягкий свет лампы. Здесь пахло мятой и шоколадом. Пахло Драгомиром.
Снежна повернулась к нему, поднялась на носочки и поцеловала. Едва соприкоснувшись с ним губами, девушка ощутила во всей полноте насколько сильно истосковалась.
Драгомир опустил руки на её талию и по привычке прикусил нижнюю губу. Снежна ахнула. Её кровь мгновенно отозвалась, всё её тело пронзила волна чистейшего наслаждения, невероятного по силе желания.
Честно говоря, она и прежде жаждала Драгомира, но изо всех сил подавляла в себе похоть, стыдилась её. Сейчас же один слабый укус смёл смущение, словно ветер — листья.
— Укуси меня, — прошептала она, пальцами зарывшись в его волосы.
— С удовольствием.
Он подался вперёд, вновь прильнул к её губам, прижался к ним с такой силой, словно хотел причинить боль. И если первый поцелуй был достаточно спонтанным и невинным, то сейчас Снежна ощущала идущий от вампира голод.
Он ослабил шнуровку на корсете, и пышное платье с шорохом скользнуло вниз. Снежна возмущённо простонала, но в поцелуе быстро забыла, на что возмутилась.
Он сделал шаг вперёд, опустив ледяные руки ей на бёдра, потом ещё шаг и ещё. Снежна не чувствовала ног из-за тесных туфель и едва не споткнулась благодаря им. Драгомир опустил её на кровать, прижал запястья к матрацу, лишая возможности двигаться, и царапнул клыками шею, дразня. Снежна не смогла сдержать стон.