Акт второй, chitach, шитах. Большим и указательным пальцем левой руки обрезыватель берет половой орган младенца и ставит его вертикально к телу его и затем ножом (в правой руке) рассекает кожу». Так происходит в России. В Западной Европе другой прием. Кожа обрезаемого члена оттягивается, зажимается в особые тиски и отсекается ножом вплоть до тисков.
«Отсеченная часть в одних странах кладется на тарелку с песком, а в других сжигается на 12 зажженных свечах» (опять проходит тень жертвоприношения, в коем животные после зарезания «сжигались в благоухание Господу»),
Третий акт — periah. Обрезыватель заостряет у себя ножницами ноготь большого пальца на обеих руках так, чтобы образовались острые щипцы. Ими он разрывает (т.е. ногтями человеческими человеческое тело!) шкурку обрезаемого члена, причем это вызывает обильнейшее кровотечение, так что весь член становится невидим». Все продолжая действовать ногтями, обрезыватель отрывает вовсе эту разорванную часть. Это составляет центральную часть обрезания. Она самая мучительная для младенца.
Четвертый акт, mezizah. Он состоит, — говорит г. Соколов, — в высасывании крови устами из раны и совершается так: могель берет в рот глоток вина, схватывает кровавую рану устами, держит ее между зубами, высасывает из нее кровь и выплевывает последнюю в сосуд с песком или в тот самый сосуд с вином, из которого взято вино для высасывания крови; потом все вино из сосуда выливается за ковчег завета. Считая кровь обрезания священною, раввины заставляют могеля во время совершения этого четвертого акта держать младенца над сосудом с водой, чтобы кровь из раны стекала в сосуд, и присутствующие при этом (мужчины и женщины, например обязательная восприемница!) мыли лица свои кровяной водой; а чтобы они охотно совершали это омовение (? — В. Р.), установлено было употреблять для этого такую воду, которая бы была вскипячена с разного рода наркотическими веществами»...
Если бы для «приятности» или неотвратительности, то воду бы просто душили, прибавляли к ней душистые вещества. Но не это сказано, а сказано: «кипятилась вода с наркотическими», т.е. одуряющими или возбуждающими, веществами.