— Так что именно вы раскапываете здесь в Тайге? — Игорь закинул в машину штатив в чехле, кофр с камерой и баул с вещами.
— Как вообще пришла идея что-то здесь искать? — Саша c интересом взглянула на Дмитрия и отметила, что у него немного подкачанные руки и длинные пальцы аристократа. — Вы же не наугад приехали?
— Присаживайтесь, — Дмитрий куртуазно открыл дверь перед Александрой.
— Спасибо. Так что там с раскопками? — уселась на сиденье рядом с водителем Александра, достала из рюкзака диктофон и, дождавшись, пока Дмитрий откроет водительскую дверь, направила на него микрофон.
— Здесь уже довольно давно охотники и грибники находили бронзовую и серебряную утварь, попадались щиты, обломки копий и другое оружие. — Дмитрий сел за руль уазика, завёл мотор и лихо тронул с места. — А совсем недавно нам удалось найти множество человеческих останков, причём это явно культурное захоронение. Много очень хорошо сохранившихся украшений и целый склад нехитрого оружия. Вмести с ними истлевшие шкуры и одежду. Стали копать дальше и наткнулись на идеально сохранившийся фрагмент стены. Привезли сканер, оказалось — под землей городище.
— Ого, вот это тайны истории! — присвистнул Игорь. — В тайге чего только нет!
— Вот именно! Удивительно, возможно все, что мы до этого называли историей, можно будет перечеркнуть и написать новую, на сей раз настоящую летопись, — проговорил Дмитрий таким мечтательным тоном, будто рассказывает о единственной и самой большой любви в своей жизни. Александре уже приходилось видеть такой фанатичный блеск в глазах своего отца — заядлого охотника. «Энтузиаст своего дела», — поставила диагноз Александра.
— А вот и дом Николая, — объявил Дмитрий, когда через полчаса машина въехала в село на окраине Томска. Половина домов пустовали. Выбитые стёкла напоминали пустые глазницы, а сами избы, припрятанные в разросшихся диких кустарниках, — подгнившие гробы после эксгумации. Огороды поросли бурьяном. Дмитрий затормозил около деревянного сруба «под старину». Александра вышла, опёршись на любезно подставленную руку Дмитрия, и невольно залюбовалась. Роскошный дом, сложенный из цельных бревен, тщательно выкрашенных охрой, приветливо смотрел на мир сверкающими чистотой окнами с резными наличниками и белыми ставнями.
— Не хватает курьих ножек, — хлопнула в ладоши Александра, оглядывая высокий глухой забор из широких досок ярко-зелёного цвета.
— Да, Николай у нас не любит новшества, — Дмитрий нажал кнопку звонка на столбе у калитки. — Избу построил он сам, и говорит, что без единого гвоздя, как делали русичи в старину. Привирает, наверное. Не представляю, как это вообще возможно? В наше время и без гвоздей? Да и тогда, скорее всего, это было что-то вроде древнего маркетинга и рекламы.
За забором разлился на все лады собачий лай. Лицо Игоря посерело, он отошёл на два шага назад. Александра поняла, что он тоже догадался — псов в доме несколько.
— Собаки… — поежился Игорь. — Можно было догадаться…
— Это же село, без них двор не двор, — успокаивающе ответил Дмитрий и снова потыкал кнопку, дав три коротких звонка.
«Cразу просек, что Игорь в ужасе от собачьих. Эмпатия — редкое качество», — словно бухгалтер, ведущий строгий учёт, Александра поставила галочку в колонку положительных качеств Дмитрия.
— К тому же они привязаны на вот такую цепь, — Дмитрий для убедительности развёл до предела большой и указательный пальцы. — Сухогруз на якоре удержит.
Он явно утрировал, но Игорь немного расслабился, да и самой Александре стало спокойнее. Хотя сухогрузы-то не людей не бросаются.
— Нет, нет! И ещё раз нет! — в сердцах топнула ногой Александра и встала руки в боки. — Ни за что на свете я не полезу в этого монстра, в эту развалину, в эту… — она пыхтела и подбирала хлёсткие эпитеты, с ужасом взирая на старый белый кукурузник с красной полосой по борту. Самолёт смиренно ожидал приговора людей, робко высунув пропеллер из большого сарая, служившего ангаром. В темноте просматривались выкрашенные в синий цвет левое крыло и хвост — они явно когда-то принадлежали другому самолёту. Такая сборная солянка не вызывала ни доверия к этой технике, ни желания залезть внутрь неё и полететь. При мысли о том, что они окажутся на этой штуке в воздухе, Александру зазнобило, несмотря на летний погожий день.