— Карты иногда блокируются при оплате, — парировала мама, — неоправданный риск. А уж кто деньги забирает, нас не касается. И комиссию берут.
Сначала бумаги исчезли в одном из зелёных окошек. К ним и стояла самая длинная и нетерпеливая очередь. Молодой человек, будто отлитый из шоколада, не глядя забрал анкеты, но мельком всех сравнил с фотками в паспортах. Снял отпечатки пальцев и попросил проследовать на оплату. Дуся расстроилась было, но очередь в кассу двигалась быстро. Мама сунула за всех двести баксов и получила квитанцию. Наконец в третьей будке с вывеской «CITIZEN / RESIDENTS» раздались долгожданные шлепки печати по паспортам.
На улице Дуся с любопытством осмотрелась.
— А что там? — поинтересовалась она, указывая на двухэтажное здание с арками, как у древнего восточного дворца из сказок.
— Старый терминал, — охотно пояснил дядя Игорь. — Все международные рейсы проходят через новый, а местные — через старый. Если бы мы приехали года на три-четыре пораньше, то могли бы застать шоу.
— Что за шоу? — заинтересовалась Дуся.
— Толпа работников аэропорта, даже не все в форме, с тележками из супермаркета! — хохотнул дядя Игорь.
— И что же они везли в тележках? — Дуся не собиралась выходить из режима «Хочу все знать».
— Багаж пассажиров. Причем все сразу привезти им не удавалось, приходилось делать несколько ходок. Представляешь, сколько времени уходило?
— Зашквар! — посочувствовала Дуся.
— Зато теперь вон какую красоту отгрохали! — дядя Игорь окинул взглядом новое современное здание.
— И никаких тележек, — хмыкнул Кудряшка.
— Ну и где этот… — дядя Игорь посмотрел на Дусю с Кудряшкой и замолчал, подбирая слова. — Бармалей Эрик? Обещал же встретить у входа в новое здание аэропорта. Вечно он… — последние слова дяди Игоря Дуся не расслышала.
— Вон, смотрите, наши имена на табличке у того хмыря! — указал пальцем Курдряшка.
— Сынуля, выбирай выражения, с нами же дамы, — дядя Игорь погрозил пальцем сыну.
— Извинтиляюсь, — Артем изобразил куртуазный реверанс, но едва не упал под тяжестью сумок.
— Учишься балету, Поттер? — отпустила колкость Дуся и поймала его за рюкзак.
— Спасибиссимо. Ты настоящий друг! — отвесил поясной поклон Кудряшка, на этот раз надёжно придержав багаж.
— Незачтоссимо, — передразнила Дуся преувеличено почтительный тон Артема. — Обращайся.
— Имена наши... Только я его не знаю. Начинаются фокусы, не успели приехать. — Мама задумчиво разглядывала человека с табличкой. — Давайте подойдем.
— Здравствуйте! Меня зовут Читемо. Я дворецкий и водитель мистера Эрика Стилвотера, — по-английски представился полный африканец лет пятидесяти в серой рубашке и белых брюках. Серебристая оправа очков с диоптриями блестела на солнце, оттеняя кожу кофейного цвета. — Разрешите помочь вам с багажом.
Читемо взял сумки, и процессия отправилась на парковку. Там их ждал серебристый «лексус». «Под цвет оправы подбирал», — подумала Дуся. Дворецкий шустро закинул вещи в багажник.
— Эрик же обещал лично встретить, — нахмурилась мама.
— Совершенно верно, но у него возникли неотложные дела. Он просил извиниться. Но не волнуйтесь, он скоро приедет, а пока я позабочусь о вас, — важно пересказал дворецкий явно заученные слова.
— Ну, ладно, приятно познакомиться, — ответила за всех мама, и компания разместилась в салоне автомобиля. — Дуся, ты намазалась солнцезащитным кремом?
— Да, уже, — Дуся сунула маме в нос тыльную сторону ладошки.
— Хорошо, дай-ка взглянуть… — мама придирчиво осмотрела Дусю. — Э, нет. Так не пойдет. На веках, ушах и локтях нет крема, а это прямая дорожка в ожоговый центр.
— Какая ты бдительная мамаша, — хмыкнула Дуся, — ничего от тебя не скроешь.
— Очень смешно, — мама сунула тюбик с кремом ей в руку, — Когда я первый раз попала в Африку, тоже намазалась кремом кое-как и сильно обгорела, особенно веки. Было так больно, что пришлось спать с открытыми глазами целую неделю. У меня даже фотки остались. Хочешь покажу?
— Спасибо, не надо, — поежилась Дуся и принялась энергично исправлять недочеты солнцезащитного грима.
Образ обгоревших век действовал безотказно на «неокрепшую детскую психику». Дуся слышала эту историю всякий раз по прилете в Африку, но всё равно впечатлялась.
— Вот умница. Совсем другое дело. — Тюбик исчез в мамином рюкзачке.
— Каждый раз, когда попадаю в Стоун Таун, — задумчиво рассматривал мелькающий за окном город дядя Игорь, — мне хочется поскользнуться и сказать: «Чьёрт побьери!»
— Ой… — сморщил нос Кудряшка.
— Да это у них динозавровые приколы про «Брильянтовую руку», — закатила глаза Дуся.
— Возможно, мы, конечно, и динозавры, — улыбнулась уголком рта мама, — но Стоун Таун действительно похож на Баку.
— Только обшарпанный, — добавил дядя Игорь. — Такое впечатление, что здесь даже не знают, что такое ремонт.
— Согласна, к истории стоило бы относиться бережнее… — кивнула мама. — Храм Чудес уже пришлось закрыть для туристов, потому что обвалилась крыша с колокольней. И думаете, они сделали выводы? Даже не почесались!
— Так! — замотал головой Артем. — Какое, блин, Баку? Я смотрел «Руку», там мужик в Стамбул ездил.
— Да, но снимали-то в Баку, — с жалостью посмотрел на сына дядя Игорь. — Кто бы в СССР выпустил съемочную группу в Стамбул!
— Да уж, времечко… — пробурчал Кудряшка.
— Полегче, умник, мы там жили! — возмутился дядя Игорь.
— Мы приехали! Можете выходить, — объявил Читемо, когда «лексус» свернул в район туристических отелей, проехал его до конца и остановился около белого двухэтажного особняка.