Глава 26. Всем новостям новость
Москва, 2011
«Говорить о советском периоде невозможно, не упомянув известного кинооператора Вадима Ивановича Юсова», — голос профессора Заколпского монотонно и убаюкивающе витал над аудиторией. Группа дружно дремала.
Афанасий Поликарпович, по мнению Игоря, напоминал пучеглазого откормленного суслика в сером пиджаке и красной бабочке в горошек и был последним преподом, кому стоило доверить лекции по скучнейшей истории кинематографа. «Что будет, если умножить скуку на скуку? — придумал загадку Игорь. — Скука в квадрате, или просто пары Заколпского».
«Его фильмография впечатляет, — профессор отказывался замечать, что ввел студентов в сомнамбулическое состояние. — "Тревожная ночь", "Обыкновенный человек", "А я иду, шагаю по Москве" и многие другие».
«О, профессор, да вы тоже спите. — Игорь рисовал в тетради камеру на штативе и перед ней девушку в коротком платье. — "А я иду, шагаю…" — это песня, пусть и того же Шпаликова, а фильм просто "Я шагаю по Москве"».
Сонное царство разбудил настойчивый стук в дверь, похожий на удары кувалды. Скрипнули петли, и на пороге возник высокий смуглый парень с пышной каштановой шевелюрой до плеч.
— Афанасий Поликарпович! — прогремел его громкий сбивчивый голос.
— Да, войдите, — поморщился Заколпский и отложил записи.
Игорь узнал Ивана, одного из двух своих новых соседей, к которым он съехал от Эрика.
— Афанасий Поликарпович, можно Азарочкина на минутку?
— А это подождать до конца пары не может? — преподаватель укоризненно взглянул на визитера и поправил бабочку.
— Нет, это срочно! — замахал ручищами Иван. — Очень! Вопрос жизни и смерти!
— Давайте обойдемся без смертей. Или хотя бы не на моей паре, — вздохнул Заколпский. — Азарочкин выйдите, только быстро. У нас еще много материала.
— Что случилось? — сжал кулаки Игорь, как только дверь за ним закрылась.
— Старик, плохие новости, мы не хотели читать... Но так получилось. — Иван виновато протянул записку.
— Только не говори, что это признание в любви от тебя, — хмыкнул Игорь, вид всклокоченного соседа забавлял его.
— Там ещё хуже, — отвел глаза Иван.
От одного вида наклонённых влево букв у Игоря запершило в горле. На листке из блокнота было написано красивым почерком:
«Здравствуй, Игорь! Я беременна, но не грузись, сегодня к вечеру это перестанет быть проблемой. От тебя ничего не требуется, пишу просто потому, что ты должен знать. Марина».
— Беременна… Перестанет быть проблемой… Должен знать, — растерянно повторил Игорь. Коридор стал медленно наклоняться.
— Э, нет, стоять, братишка… — Иван подхватил Игоря под локоть.
— Как это, перестанет быть проблемой? — замотал головой Игорь, надеясь, что все происходящее ему кажется.
— Да понятно как… — отвел глаза Иван.
— А может, и хорошо, что не будет проблемой? Ничего не будет напоминать, — с болью в голосе произнес Игорь. — А что, если это мой ребенок? А что, если нет? Знаешь, мой папаша был тот еще придурок, бросил нас с мамой, когда мне было три, и положил на нас болт. Позвонил за все время один раз, и знаешь зачем?
— Нет, — Иван с сочувствием посмотрел на Игоря.
— Денег хотел занять! Неужели я такая же мразь? А мой сын или дочка может вообще не родиться… А если не мой? Или все же мой? И откуда у женщин такой цинизм? «Не будет проблемой»! А меня спросить? Я что, не имею права голоса? — Игорь высвободил руку из лапищ Ивана. — Не допущу!
— Тогда тебе надо торопиться. Здесь, на соседней улице, как раз есть гинекологическая клиника. Марина, скорее всего, обратиться туда. По слухам, многие девчонки решили там свои «проблемы», наверняка уже и ей насоветовали.
— Адрес! — Игорь схватил Ивана за плечи.
— Точного адреса я не знаю, но клиника там одна, двухэтажное белое здание с зеленой крышей, не перепутаешь.
— Стопудово! — Игорь побежал к выходу.
— А лекция? — крикнул вслед Иван. — Могут быть неприятности.
— Неприятности! — зло хмыкнул Игорь. — Хуже, чем сейчас, уже не будет!