— Навыки не пропали, — Александра отбросила дымящееся ружье и бросилась обнимать дочь.
— Мама! — прильнула к ней Дуся.
— Артём, мой мальчик! — упал на колени перед сыном Игорь. Он спешно пощупал пульс на шее Артема и задрожал мелкой дрожью, поняв, что пульса нет. — Нет! Нет! Нет! — Игорь прижал к себе тело.
— Артём! — всхлипнула Александра и обняла Дусю. Морхат угрюмо уставился в землю, а Таонга присел прямо на траву, шумно дыша — возраст брал своё.
— Что Артем тебе сказал, прежде чем… — Игорь зажмурился, словно отказывался принимать действительность. — Что он тебе прошептал?
— Прежде всего, я хочу сказать, что все, о чем я сейчас расскажу, тупая случайность и на самом деле Артем ни в чем не виноват. — Дуся сделала глубокой вдох, как перед погружением в воду.
— К черту предисловия, Дуся, говори! — глухо потребовал осиротевший отец.
— Артем ненавидел Эрика всей душой. Он хотел напугать Эрика и подбросил ему в палатку скорпиона, которого достал из твоей банки, дядя Игорь.
— Но Эрик с Изубой поменялись палатками и в результате Акинтола погиб, — опустил голову на руку Игорь. — Нелепое стечение обстоятельств. Мой бедный, бедный мальчик! Как ты жил с этим грузом?! — провел он рукой по щеке сына. — Почему? Почему ты не сказал мне?
— Вы и так были в бедственном положении, — с состраданием смотрела на Игоря Дуся. — Он щадил ваши чувства.
— Тогда получается, что это всё-таки скорпион испражнился в незакрывающуюся банку с молочным улуном. Погибли Юля и Велар, — задумчиво потирал шею молчавший все это время Морхат. — Сколько смертей! На ровном месте!
— Пойдемте отсюда! — Александра встала и положила ружьё на плечо. — Я больше не хочу оставаться на этом проклятом острове ни секунды.
Все закивали, выражая согласие. Игорь взял на руки тело сына. Морхат хотел ему помочь, но Игорь отказался: «Нет! Я сам!»
Остатки съемочной группы уныло поплелись к лагерю.