- Или заснешь с ножом в почках.
- Понял, - Никита ухмыльнулся, но продолжить спор он не успел, в него кометой врезалась Маша.
- Спасибо! Спасибо за сгущенку! Моя любимая! Мы так рады, что вы добрались.
Суп был разогрет и разлит по тарелкам. Мы быстро начали работать ложками, наслаждаясь тем, как живительное тепло растекается внутри нас.
- Мы тоже рады, что все вернулись, - послышался голос командира. Только сейчас я разглядел его у опорного столба кухонного навеса. Он стоял, скрестив руки на своей груди: - Завтра втроем заступаете в наряд по кухне.
- Но… - я хотел возразить, но меня оборвал на полуслове командир.
- Я все сказал. Ужинайте.
Я растеряно посмотрел на всех собравшихся.
- На кухне, так на кухне, - пробубнил Федя с набитым ртом. Было непохоже, что он сильно расстраивается. Я посмотрел на Машу, но она уже доела и теперь во всех красках рассказывала о нашем коротком турне по болотам и лесам.
- Спасибо! – я помыл тарелку и зашагал к палатке.
- Эй! – позади снова зазвучал голос командира. Он нагнал меня в полумраке: - Молодец, что вернул всех ребят в целости. Но завтра всем действительно лучше отдохнуть в лагере. А то еще потеряетесь. Ах да.
- Ах да, - мягко повторил я.
- Я же говорил, - командир на прощание пожал мою руку.
Утро было не таким скверным, как я ожидал. Мы ловко и быстро приготовили завтрак и обед для наших ребят, которые выступали на работу. Сам подъем оказался как-то мягче и добрее. Дед достал из своей палатки гитару и задумчиво играл какую-то мелодию у костра. Рядом с ним сидел Федя, который, казалось, почти не боится его.
Ребята собирались все так же хаотично и медленно, но это бесило не так сильно, как обычно. Командир приготовил кофе в турке на углях и налил мне в кружку.
- Любишь кофе?
- Даже не знаю. Мне больше чай по душе.
- А какой кофе ты пил раньше?
- Ну. В банке, который.
- То не кофе, а песок. А у меня кофе. Пей, - командир кивнул Маше: - Будешь?
- Не откажусь! – Маша тут же оказалась рядом.
- Слушай, а ты можешь сыграть… - Федя о чем-то спросил Деда.
Тот пожал плечами и начал играть какую-то мягкую мелодию. Звуки гитары пленяли и наполняли нас всех своей силой и очарованием. Я сделал неглубокий глоток, стараясь распробовать яркий вкус горячего кофе. И тут над лагерем зазвучал ясный, сильный и чистый голос, который сливался в едином потоке с мелодией гитары. Федя с хитрой улыбкой на губах запел.
- Дела, - только и смог я сказать.
- Сайман, - рядом со мной присел Никита: - Тут такое дело. Я приболел. Можешь пойти вместо меня на раскоп?
- Вот это поворот, - день становился все лучше и лучше. Но приличия ради я поинтересовался состоянием Никиты: - А ты чего? Что болит?
- Сердце, сердце болит. В него попали стрелой, ну ты понимаешь, - Никита подмигнул мне и протянул руку: - Так ты согласен?
Я хмыкнул, посмотрел на Машу, а потом на него. Я крепко сжал его руку.
- Конечно!
Мы снова выступили на раскоп. Впереди был большой день. Пусть это будет лучший день, ведь у такого утра должно быть хорошее продолжение!
Конец