Мертвенно-бледный от злости Морис потерял самообладание. Ярость обуяла его с такой силой, что лишила остатков благоразумия. В мгновение ока Морис выхватил из ножен кинжал и бросился на Саймона.
В завязавшейся недолгой отчаянной схватке руки Саймона, словно железные клещи, схватили запястья Мориса. Морис дрогнул и руки его опустились. Тяжело дыша, Морис свирепо смотрел в зелено-синие глаза Саймона и — не видел в них ненависти.
— Два раза в моей жизни меня пытались подло убить, — сказал Саймон. — Второй раз — сейчас. Первый — когда один подонок, изменник ничем не лучше свиньи не сумел одолеть меня в борьбе. Тогда, как всякий подлый ублюдок, он схватился за нож.
Саймон умолк, прямо глядя в глаза Мориса. Морис опустил глаза, и вслед за ними опустилась темноволосая его голова. Тогда Саймон брезгливо отпустил запястья Мориса и повернулся к нему спиной, теперь беззащитный перед кинжалом, который остался в руке Мориса. И услышал сзади себя звон стали о каменный пол.
Саймон спокойно подошел к столу и сел на стул, не оглянувшись на Мориса Гаунтри.
— Я… никогда раньше… не… не стал бы… так, — прерывисто заговорил Морис.
Саймон не отвечал.
— Вы спровоцировали меня! Я никогда не взялся бы за кинжал, если бы не ваши насмешки!
Саймон молча смотрел на Мориса. Морис, тяжело переставляя ноги, подошел к окну, и стоял, отвернувшись от Саймона. Внезапно он вернулся на прежнее место. Рот его кривился, как от сильной боли.
— Убейте меня! — сказал он. — Моя честь все равно погублена.
Саймон по-прежнему молчал. Морис остановился перед ним.
— Вы не желаете говорить со мной! — крикнул он. Голос его дрожал. — Из камня вы сделаны, что ли? Я же хотел подло заколоть вас, как… как подонок! Что вы хотите сделать со мной? Смерть была бы…
— Я не хочу вашей смерти, — холодно ответил Саймон. — Но за одно это грязное дело вы отдадите вашу жизнь и свободу в мои руки.
Морис постарался выпрямиться и расправить плечи, но головы не поднял. Пальцы его дрожали.
— Хорошо, — сказал Саймон. — Я назначу вас своим маршалом.
На миг Морис застыл ошеломленный, потом нерешительно переступил с ноги на ногу и отшатнулся назад.
— Вы смеетесь надо мной? — крикнул он.
— Нет.
Морис хотел еще что-то сказать, но лишь провел языком по пересохшим губам. На лбу у него блестели крупные капли пота.
— Вы не… не… я ничего не понимаю, объясните мне, — запинаясь, сказал он охрипшим голосом.
— Сядьте, — приказал ему Саймон и ждал, пока Морис медленно и как-то неловко опускается на стул. — Что я сказал, то сказал. Я хочу назначить вас на место Эдмунда Фентона, но вы должны будете подчиняться мне.
— Но… но, — Гаунтри в замешательстве схватился за голову. — Я же пытался убить вас! В тот момент я мог бы сделать это, да, и хотел, хотел!
— Я знаю.
— Но… В таком случае… Милорд! Это… Какое наказание придумали вы для меня?
— Никакого.
— Никакого? — Гаунтри вскочил на ноги. — Вы… Вы… прощаете меня?
— Я все забыл.
— Но почему, почему? Как заслужить мне ваше прощение?
— Сядьте и слушайте. Когда я прибыл сюда, ваши люди пьянствовали и забыли о дисциплине и службе. Не лучше были и вы сами. Я быстро распознаю людей. И знаю, что вы за человек, коли на то пошло. Я умею ценить воинов и вожаков. Вот почему я говорю, что я хотел бы назначить вас вместо Эдмунда. На этом посту вы сможете доказать, что вам можно доверять. Но я требую подчинения и не желаю никаких наветов и интриг у себя за спиной. Так что если вы меня ненавидите и хотите убить, вам лучше покинуть навсегда Бьювэллет.
Наступило долгое молчание. Потом, до конца осознав то, что услышал от Саймона, Морис опустился перед ним на колени.
— Как можете вы сделать то, что сказали! — произнес он, сильно дыша от волнения. — Как можете вы доверять мне — мне, негодяю, который хотел ударить вас кинжалом в спину, когда вы были безоружны!
Саймон улыбнулся и ничего не сказал в ответ на это.
— Виселица — вот чего я заслуживаю! Вы сказали, что застали здесь пьянство и беспорядок, вы сказали, что и сам я был подобен горькому пьянице. Это правда, видит Бог. Какая же польза вам от меня теперь?